– Уйдут ведь!

– Хрен с ними. Похоже, пустышка.

Алексей повернулся лицом к Светлане.

– Слушай сюда, Сычиха. Вчера меня выдернул Жмыхов и полтора часа песочил, заперев кабинет. Либо, говорит, железобетонные улики, либо закрываем дело. Сечешь?

Светлана ударила правым кулаком в левую ладонь.

– Началось! Все та же хрень!

– А ты как думала? На него давят по-черному.

– И он давит на тебя, а ты – на меня. Как поется в песне «Наша служба и опасна, и трудна».

Калитин скорчил обиженную мину.

– Зубами я вырвал у него два-три дня. Свет, я сошка мелкая, а ты еще мельче. Мы с тобой можем только то, что можем.

В серых глазах Светланы блеснула сталь.

– Я не сошка, Леш. Хотя бы потому, что сошкой себя не считаю. А что я могу и чего не могу… Узнаю, когда попробую.

Алексей скривил губы.

– Ну да, помню: «Мир таков, каким мы его видим». Давненько ты Француза не цитировала.

Светлана посмотрела на него в упор.

– Иди в жопу, Калитин: не до цитат. Давай в двух словах, на пальцах, и погнали. Стихи Саши Колесникова ты читал… Не перебивай! «Людей в сумраке» ты видел. Или будешь ссылаться на дефект зрения?

– Не буду, – буркнул Алексей.

– Не такой уж тупой, значит. Про Ньюгартов, про клан Черная Саранча и про «субстанцию» я тебе рассказала, не спросясь Глеба.

– Сычиха, ты даешь…

– Заткнись, мелкая сошка! Куроедов – гнида и сам по себе, а тут еще и в «черном сумраке». Они распространяют какую-то хрень, Калитин. Хочешь ты это остановить?

Алексей опустил взгляд.

– Такого задания нам не давали. Но давай попробуем.

– Поэтому, Леш, мы вцепились в это длинноволосое пугало, проводили его до пустыря и… Если честно, Калитин, просто не врубаюсь: какая-то стрелка, с каким-то криминалом…

– Не с каким-то, – поправил Калитин, – а с Игнатом Докой. Весьма влиятельный в Москве авторитет.

Светлана задумчиво кивнула.

– Доку разглядела. Иногда он оказывает Глебу услуги… Ой, а может… Надо у Глеба спросить.

Майор Калитин в досаде проворчал:

– Опять Глебу, у Глеба… Только и слышишь: Глеб! На кого, Сычова, ты работаешь? На бывшего подозреваемого?

– Допер наконец, – улыбнулась Светлана. – Но сделаем уточнение: бывший подозреваемый работает на… в общем, как объяснить… Если б я не встретила его, Леш, я бы… Черт, не могу выговорить. – Глаза Светланы повлажнели. – Поехали! Что мы тут застряли на хрен?!

Включив зажигание, майор Калитин пробормотал:

– Впервые такое вижу. Сдохнуть можно.

Светлана прокашлялась.

– Так, значит… Сперва к бабке заедем.

– К какой еще бабке?

– Не придуряйся, Калитин. К свидетельнице, которая из окна заметила типов, входящих в гараж Волобуева за полчаса до убийства.

Алексей скуксился.

– Сычова, я жрать хочу. Из этой бабки песок сыплется, вряд ли она сумеет опознать…

– Сперва к ней, – отрезала Светлана. – Потом заскочим к твоим соседям, проведаем их сыночка «в сумраке»: жив ли еще? А потом – жрать…

Прибавив газу, Алексей буркнул:

– Задолбала. Я не начальник, а… Повторять надоело.

– Сам же сказал: у нас два дня, – оправдалась Светлана.

После молчания майор Калитин произнес:

– Знаешь, Сычова, еще лет пять назад, быть может, я попросился бы к вам в компанию.