— Вы хорошо осведомлены обо всем, Аритомо, — сказал Бакшеев.

— К сожалению, я знаю очень мало. Например, я не знаю, что делают с дельфинами, проинструктированными профессором Накамурой? Как работает аппаратура? Уэда был хорошим парнем, но и он, создав этот аппарат, не знал всего.

— Нам надо узнать как можно больше обо всем. Но мне не верится, что дельфинов можно использовать во зло. Ведь главной чертой их натуры является проявление добрых чувств к человеку. Еще у Плутарха немало сведений об этом. Помните?

— Да, его рассказ о том, как дельфины спасли Телемака, сына Одиссея, от гибели.

— У Геродота, — сказал Бакшеев, — есть легенда об Арионе. Он возвращался после плавания в Грецию, на него напали пираты и взяли в плен. Пираты собирались бросить Ариона в море, но он упросил их разрешить ему перед смертью поиграть на лире. Своей игрой Арион привлек внимание одного дельфина, и, когда пленник был сброшен в море, дельфин подхватил его и вынес на берег.

— Древние греки верили, что дельфины были когда-то людьми и помнят об этом. Да… Но вы не знаете профессора Накамуру, Степан. Это страшный и хитрый человек. Нам не известно, о чем он говорит с дельфинами перед тем, как они попадают в руки капитана Мицуёси Набунаги.

— Вы правы, Аритомо. А эта… Ну та, с которой я говорил…

— Фист-кых? Старшая Мать? О, это необыкновенное существо. Царица среди дельфинов. Это по нашим понятиям, конечно… У них нет ни королей, ни генералов. Ну и чем она вас заинтересовала?

— Во время контакта Фист-кых потребовала какого-то разговора с профессором Накамурой. Высказала нечто вроде просьбы.

— И что же профессор?

— Отказался. И как мне показалось, встревожился.

— Понятно. Он попросту не хотел, чтоб при разговоре присутствовали вы. Кстати, неспроста он так любезен с вами. Будьте осторожны, Степан.

Наступило молчание. Потом Аритомо Ямада едва заметно улыбнулся, и лицо его приобрело мягкое выражение.

— Вы нравитесь Тиэми, — сказал он вдруг.

— Не выдумывайте, Аритомо, — смутился Бакшеев. — Расскажите-ка лучше о себе. Почему вас так волнует моя судьба?

— Я отвечу на этот вопрос, — сказал Ямада. — Моего отца убили жандармы. Он учил меня жить честно и уважать людей независимо от того, какого цвета кожа у них, и помогать, когда им трудно. Он был членом Нихон Кёсанто.

Первый рассказ Фист-кых

…Я хочу рассказать о том предпоследнем похолодании, захватившем большие пространства в северной части планеты. Было это за две тысячи поколений до моего собственного рождения. Впрочем, и это Великое Похолодание необходимо мне как отправная точка, ориентир во времени, ибо от него начинается Эпоха Цели.

А началось это с того, что большая гора, извергающая пламя, опустилась на воду. Ничего подобного мы не знали, разве что напоминало это пробуждение подводного вулкана.

Вскоре огонь исчез, и тогда мы впервые увидели пришельцев. Наш народ назвал их Треххвостыми. Не хуже нас они чувствовали себя в водной среде, хорошо плавали и умели передвигаться вертикально, выходя из Океана на сушу.

Старшие Матери сразу распознали в них разумных существ и передали нашему народу: гостеприимно встретить пришельцев. И мы делали все, что могли.

Я родилась спустя две тысячи поколений, но я говорю «мы», поскольку особенностью психики дельфинов является способность растворяться во Времени и осознавать себя живущей за тысячи поколений до твоей теперешней жизни.

Мы делали для них все, что могли. Приносили им пищу, они брали ее, но мы никогда не видели, как едят эти опустившиеся в воду существа.