– Ило!

Подпрыгнув от неожиданности, Ило оглянулся. Дверца за троном распахнулась вновь, и на ее пороге стоял сам наследник. Его черные глаза пылали яростью, да такой, какую Ило крайне редко доводилось встречать. В ту же секунду Ило уже мчался к двери, а за спиной у него в остолбенении застыл весь двор – их потрясло, что принц ведет себя подобно простолюдину… И даже не обращает внимания на жену, которую не видел более двух лет.

6

Они пересекли маленькую прихожую и вошли в другую комнату, залитую ярким солнцем, большую и загроможденную всяким хламом. Поначалу Ило не замечал ничего, кроме одной детали – нескладного старца, неуклюже распростершегося за столом: он сидел, положив голову на руки. Гладкий, как череп, его затылок был забрызган коричневыми пятнами, – словно камень, заросший лишаем, он торчал из неопрятных седых пучков. По-стариковски тонкая шея торчала из слишком широкого воротника… Это и был сам император, и он совершенно очевидно всхлипывал. Шанди захлопнул дверь и направился к старику, наполовину вывалившемуся на стол из своего глубокого кресла.

– Милый дедушка, я имею честь представить тебе…

– Нет! – завыл император треснувшим, срывающимся голосом. – Нет, нет! Уведи его отсюда! Я не хочу его видеть!.. – Уронив голову набок, он поднял обе руки, стараясь спрятаться. Рукава камзола съехали вниз, обнажив желтые плети запястий.

Шанди вновь обратил к Ило свой гневный взгляд:

– Его величество признал, что в отношении твоего клана допущена несправедливость. Ему известно, что против тебя у правосудия нет ни малейших улик, а также… что некоторые другие были осуждены незаконно.

Ило охнул в голос; мир вокруг тихонько поплыл куда-то в сторону. Не месть, но возмездие?..

– Титул, разумеется, можно восстановить, – продолжал Шанди, едва не выкрикивая каждое слово своим четким, звенящим от возмущения голосом. – И очистить его от незаслуженного позора. Некоторые поместья оказались проданы, а отдельные слились с чужими владениями, – но само герцогство Прибрежных Лугов по-прежнему ничье, и к нему добавятся и другие, включая те, что имеют для тебя фамильную ценность. Ты с честью покинешь армию, в звании легата. И станешь одним из богатейших землевладельцев во всей Империи. – Остановившись, Шанди изучал реакцию Ило. – Как хозяин Лугов, ты получаешь пять или шесть мест в Народной ассамблее – и можешь занять одно из них сам, если только захочешь. Герцог автоматически попадает в сенат, но существует возрастная граница: чтобы заседать в сенате, необходим возраст старше тридцати лет. Но для тебя сенат, без сомнения, сделает особое исключение, стоит только попросить.

Он имел в виду приказать, конечно. Император сможет приказать…

Не поднимая головы, не открывая глаз, Эмшандар прохныкал что-то из глубины своего кресла.

Возмещение убытков, восстановление в правах? Грандиозное богатство… Ило один будет владеть тем, чего раньше хватало многим.

Возмездие! Подписав эти бумаги, Эмшандар публично признает свою ошибку. Нечего и удивляться, что старый злодей размазывает сопли, точно отшлепанное дитя! Полный позор!

Шанди ждал. Ило знал этого человека как свои пять пальцев.

Здесь кроется что-то еще.

– Или?..

Какая-то тень на секунду затмила гнев принца – возможно, искра восхищения выдержкой Ило.

– Погляди сюда, – проговорил Шанди дрогнувшим голосом.

Он двинулся в глубь комнаты, и Ило побрел за ним, шатаясь, словно после удара дубиной. Деньги! Власть!

Море женщин!

Горестным жестом Шанди показывал на столик у стены – вот она, настоящая причина его ярости. Стол был на высоту человеческого роста завален папками и свитками.