И только чуть позже заметила солдата, роющегося в бумагах, загромоздивших дальний угол комнаты. На голове его был шлем, что показалось ей странным. Солдат повернулся на стук закрывающейся двери – и, конечно же, то был Шанди.

Какое-то время они просто смотрели друг на друга. Потом он поднялся на ноги и нерешительно двинулся к ней.

– Ты и правда столь же прекрасна, как о том говорила мне память!

И это все, что он мог сказать? Не совсем уверенная в том, что ей следует ответить, Эшиала склонилась перед принцем в глубоком реверансе.

Вздохнув, он поднял ее.

– О, моя возлюбленная мраморная королева, – сказал Шанди. – Как ты видишь, на мне до сих пор доспехи, поэтому я не могу обнять тебя должным образом. – Он торопливо поцеловал ее в щеку.

– Добро пожаловать домой, – шепнула Эшиала. – Ээ… Как же тебе удалось так неожиданно появиться в городе?

– О, существует множество способов.

– Как путешествие? Ты ведь повидал страну?

– Оно было долгим и изматывающим.

– Я так и думала… – Что наша малютка?

– С ней все прекрасно, спасибо.

– А… – Шанди сглотнул несколько раз. – Твой акцент почти не заметен. Теперь ты не говоришь, как уроженка Тамбла.

– О, я рада. – Знал бы он, каких трудов ей это стоило, но отчего же она не чувствует себя чуть счастливее теперь, когда она сумела доставить ему эту радость?

– Я привез тебе подарки. Жемчуг из моря Печалей и лучшие керитские рубины…

Рубины? Жемчуг? Зачем ей все это?

– О, это чудесно. Ты очень добр ко мне.

– Проклятье! – сказал Шанди. – Забыл! Я же оставил их с багажом! Они будут здесь через неделю… Они смотрели друг на друга – и одновременно отвели взгляд.

– Эти дурацкие доспехи… – пробормотал он. – Конечно, я могу их снять?

Эшияла подняла на мужа изумленный взор, но он уже изучал большой, уродливый диван у стены.

– Если бы я был Ило… – бормотал он. Кто? Эшияла растерялась. О чем это он?

– Там, снаружи, ждет так много людей, – с запинкой выдавила она.

– Да. Я был уверен, что они ждут. Что ж, тогда давай выйдем к ним и постараемся быть пообщительнее. Дорогая.

Потоки поворачивают вспять:

Так трусами нас делает раздумье, И так решимости природный цвет Хиреет под налетом мысли бледным. И дел потоки, взнесшиеся мощно, Все чаще поворачивают вспять, Теряя имя действия.

Шекспир. Гамлет, III, I

Глава 8

Бутоны срывайте

1

Первый дождь, перечеркнувший зной и духоту, громко стучал по устилавшим крышу пальмовым листьям; этот стук заглушал даже еженощные лягушачьи концерты. Быть может, то была лишь заплутавшая летняя гроза, ибо дождь казался ранним гостем, но Тхайла понимала, что следующее новолуние станет датой ее дня рождения, когда ей следовало уже быть в Колледже. Обещанные отцом полгода почти истекли.

Даже несмотря на ливень, ночь выдалась липковато-душной. Тхайла лежала на большой, мягкой охапке папоротника, в успокаивающих объятиях Лииба. Он уснул, и Тхайла даже видела, как быстрыми вихрями кружат над их ложем размытые образы его снов. Страх, злость и голод – они ничего не значат. Они снятся каждому. Влажные тела поблескивали в полумраке комнаты.