— Право, не знаю, — сказал он. — Максим вроде бы не особенно возражал, как вам показалось? По-моему, он отнесся к предложению положительно.

— А что еще ему оставалось? — сказала я. — Ну и надоедливая эта леди Кроуэн! Неужели вы на самом деле полагаете, что вся округа только и говорит, только и мечтает о костюмированном бале в Мэндерли?

— Я полагаю, они получат большое удовольствие от этого зрелища, — возразил Фрэнк. — Мы здесь, в провинции, придерживаемся условностей в таких вещах. Я не думаю, что леди Кроуэн так уж была не права, говоря, что надо устроить праздник в вашу честь. В конце концов, миссис де Уинтер, вы же действительно новобрачная.

Как напыщенно и глупо это звучит. Хорошо бы, если бы Фрэнк не был всегда так точен.

— Я не новобрачная, — сказала я. — У меня даже не было настоящей свадьбы. Ни белого платья, ни флердоранжа, ни подружек. Мне вовсе не нужны дурацкие танцы в мою честь.

— На Мэндерли en fête[12] стоит посмотреть, — сказал Фрэнк. — Вы получите огромное удовольствие. И не бойтесь, от вас ничего не потребуется. Только встречать гостей, а это нетрудно. Может быть, вы не откажетесь один раз станцевать со мной?

Милый Фрэнк. Мне так нравилась его степенная галантность.

— Я буду танцевать с вами столько, сколько вы захотите, — сказала я. — Больше ни с кем я танцевать не стану, только с вами и Максимом.

— О, это будет плохо выглядеть, — серьезно сказал Фрэнк. — Люди обидятся. Вы должны танцевать с теми, кто вас приглашает.

Я отвернулась, чтобы скрыть улыбку. Меня всегда смешило, что он не догадывается, когда я над ним подшучиваю.

— Как вам кажется, стоит последовать совету леди Кроуэн насчет костюма пастушки? — лукаво спросила я.

Он внимательно посмотрел на меня без тени улыбки.

— Да, — ответил он, — я думаю, он вам очень пойдет.

Я расхохоталась.

— О, Фрэнк, миленький, я так вас люблю! — сказала я.

Он залился краской, немного шокированный вырвавшимися у меня словами, немного задетый моим смехом.

— Не вижу ничего смешного, — чопорно проговорил он.

Через итальянское окно в комнату вошел Максим, следом за ним прыгнул Джеспер.

— По какому поводу это веселье? — спросил Максим.

— Фрэнк так галантен, — сказала я. — Он думает, что к совету леди Кроуэн нарядиться пастушкой можно отнестись всерьез.

— Леди Кроуэн — чертова зануда, — сказал Максим. — Если бы ей самой пришлось писать все приглашения и вообще организовывать все это дело, ее энтузиазм скоро остыл бы. Впрочем, я уже привык. Местные жители смотрят на Мэндерли как на балаган и ждут, что мы поставим какой-нибудь «номер» для их увеселения. Нам, верно, придется позвать все графство.

— У меня в конторе есть записи с прошлого раза, — сказал Фрэнк. — Право же, не так уж тут много работы. Самое долгое дело будет наклеивать марки.

— Это мы предоставим миссис де Уинтер, — сказал Максим, улыбаясь мне.

— О, мы сделаем это в конторе, — сказал Фрэнк. — Миссис де Уинтер не надо вообще ни о чем думать.

Интересно, что бы они сказали, если бы я вдруг заявила, что намерена все это взять в свои руки? Рассмеялись бы, наверно, а затем заговорили о другом. Конечно, я была рада, что с меня снята вся ответственность, но чувство, что я не гожусь даже приклеивать марки, отнюдь не увеличивало моей уверенности в себе. Я подумала о бюро в кабинете, о всех отделениях для бумаг и ярлыках, надписанных косым острым почерком.