– Какую жизнь?

– Жизнь твоего ребёнка, – Индира посмотрела на Никс. – И твоего, – её взгляд скользнул по Каденс, Лейле, Басанти, Андромеде и Элис. – И твоего. И твоего. И твоего. И твоего. И твоего.

– Подожди, то есть, ты убила всех этих людей, чтобы создать данную жизнь? Чтобы у всех у нас родились дети? – сказала я.

– Создание детей ангелов – непростая задача. Вы такие… – Индира нахмурилась. – …Бесплодные. Во всяком случае, обычно. С богами и демонами дело обстоит ещё хуже. Я никогда не сталкивалась с такими неплодородными личностями. Вот что бывает, если постоянно пить отраву. Конечно, она даёт вам силу, но вам также становится непросто передавать силу, заводить детей. Чтобы противостоять всему этому бесплодию и создать могущественную новую жизнь, потребовалось много смертей. Точнее, много именно могущественных смертей. Потому что мы говорим не просто об одном ребёнке ангела. Мы говорим о нескольких разом. Поскольку законы магии и природы попросту так не работают, мне пришлось прогнуть их под себя.

– Вот почему ты убила двух ангелов, – осознала я. – И всех тех солдатов Легиона и сверхъестественных существ.

– Много людей во многих мирах, – сказала Индира так, будто содеянное её вовсе не волновало.

– Почему именно Сильвертонг и Спеллсмиттер? Почему именно эти два ангела? – спросила у нее Никс.

– Потому что я могла заманить их на Сиеннское Море, подальше от всего, – ответила Индира.

– Убрав руины крепости Дарксторма, – сказала Никс. – Как ты это сделала?

Первый Ангел явно оценивала своего врага и определяла, что они могли и как они это делали.

– Это сделала я , – сказала Розетт.

– Ты можешь телепортировать целое здание? – спросила я у неё.

– Конечно. Ты же не думаешь, что телепортация распространяется только на людей? Есть и более масштабное применение. На самом деле, как то раз я телепортировала целый космический корабль в…

– Они не хотят это слушать, – перебила её Индира.

Вообще то я хотела послушать об этом. Того, кто мог телепортировать целый космический корабль, нельзя не воспринимать всерьёз. Я гадала, на что ещё способна Розетт. Или что могли сотворить остальные восьмерняшки, если уж на то пошло.

– Зачем ты потом вернула руины крепости Дарксторма обратно в Сиеннское Море? – спросила Никс у Розетт.

– Потому что мы уже получили то, что нам было нужно, – ответила Розетт. – И они занимали много места на моём складе.

Я гадала, насколько крупный склад мог иметься у джинна вроде Розетт.

– Ну вот. Теперь вы знаете. И нечего сверлить меня таким взглядом, Неро Уиндстрайкер, – рявкнула на него Индира. – Ты обязан нам жизнью своей дочери. Если бы мы не убили всех этих людей, я бы не смогла обменять силу их смертей на жизнь твоей дочери, – Индира посмотрела на всех будущих родителей, присутствовавших здесь. – И то же самое касается всех вас. Я вручила вам великий дар. Но если вы бы предпочли, чтобы я забрала эти дары… – она подняла руку в воздух.

– Нет, – быстро сказал Дамиэль.

Неро встал передо мной, заслонив моё тело своим. Полковник Файрсвифт вытащил меч. Огненный нимб полностью окутал полковника Драгонблада. Даже непоколебимая Никс положила ладони на свой плоский живот. Все остальные выглядели так, будто в любую секунду готовы были надрать задницу Индире.

– Ангелы понимают, что такое жертва, – сказал Дамиэль.

Боги, его тон был таким холодным, что мои лёгкие буквально замерзали в груди. На полу действительно образовался слой инея.

– Ты не навредишь моему ребёнку, – сказал Неро Индире.