Дверь взрыв выдержала, а вот замок, как я и рассчитывал, нет. Толкнув одну из створок, мы вошли в лабораторию. Оказавшись в большом помещении с очень высокими арочными потолками. Настоящий подземный зал. Весь он был залит ярким электрическим светом, позволяющим разглядеть каждую деталь. Множество металлических столов, заваленных непонятным оборудованием, стеллажи вдоль стен, большую грифельную доску, исчерченную мелом. Странное сооружение у самой дальней от входа стены, которое походило на раму от картины, только размером в два человеческих роста.

— Ну и что тут взрывать? — вслух произнес я. — Что из этого — оружие?

Людей я тоже заметил. Пять человек в белых халатах. Все как один — очкарики. В одном из которых я узнал автора нескольких прочитанных мною книг. Александра Терри, лорда Долтона.

Раньше ученого я видел только на зернистых фотографиях в газетах. Они не могли и в половину передать его внешности. Вот как я сам его описывал группе, чтобы они понимали, кого убивать нужно только по моему приказу. Высокий, худощавый. Возрастом около сорока лет. Волосы до плеч,обычно собраны в хвост на затылке. Длинное породистое лицо. Осанка, будто винтовку к спине привязали.

А вот как он выглядел, когда мы зашли в дыму взрыва: волк в овчарне. Невозмутимый, словно все происходит по его плану. Любопытный, несмотря на направленные на него пистолеты. Выше меня на голову, худой, но по движениям видно — не рохля. Глаза: спокойные и чуть насмешливые, тоже говорили — хищник. Пусть и одет в лабораторный белый халат поверх серого в крупную клетку костюма. Пусть и носит на носу смешные очки на веревочке. Хищник, просто сытый и оттого — не агрессивный.

В то время, пока его коллеги суматошно махали руками и, перекрикивая друг друга, пытались понять кто мы такие, он рассматривал нас с интересом. Будто он был тут хозяином положения. Мне это очень не понравилось. Я шагнул вперед и указал на него стволом.

— Александр Терри?

— Да, это я. — с достоинством кивнул ученый. — А с кем имею честь, молодой человек?

Голос у него был настолько преподавательский, что я чуть было не начал оправдываться. Зашел, мол, по ошибке, а вообще у меня сейчас лекция по философии и я, пожалуй, пойду. Если вы не против, конечно.

— Янак Серт. — все же ответил я.

— А-а-а! — с какой-то неуместной радостью протянул он. Будто давно хотел со мной встретиться, да все мешали дела и научные открытия. — Тот самый бомбист?

Страха в нем не было ни капли. А было какое-то не обидное для собеседника превосходство. Как у отца, который прячет улыбку, объясняя очевидные вещи своему сыну. И достоинство. Не напыщенное чванство наших дворян, а именно — достоинство. Я в тот момент впервые понял разницу между этими двумя понятиями. И я подумал, что в других обстоятельствах он бы мне понравился. Такого иметь в друзьях — большая удача.

— Тот самый! — гоня непрошенные мысли резко ответил я. — Где оружие, над которым вы работаете, профессор?

— Оружие? — искренне удивился Терри. И припечатал, как выговор студенту сделал. — Я, молодой человек, никогда не работаю над оружием!

— Что вы говорите! — мои губы будто самостоятельно сложились в мерзкую издевательскую улыбочку. И вытолкнули: — Ну а я — зубная фея! А над чем же вы тогда работаете, профессор?

Мои люди стояли и молчали. Им этот разговор был совершенно не интересен. Только приказ стрелять. Стволы их пистолетов хищно покачивались, как кобры из императорского ботанического сада. А я медлил. Понимал, что теряю время, которое сам же отвел на акцию, но не мог своим словом или выстрелом оборвать жизнь человека, труды которого с таким интересом читал. Мне даже на миг представилось, что в будущем я не смогу читать его книги, не слыша его голос.