— О как! Вам уже довелось с Тварями повоевать? — задал вопрос недавно подошедший Савелий Павлович.

— С Тварями ещё нет, а вот с мутантами из-под внешнего уровня Купола дело имел, и не раз, — скромно заметил я в ответ.

— Расскажете?

— Вам про орла-могильника или гигантскую черепаху?

— Про орла! — пискнули девушки.

— Про черепаху. Это же редкость неимоверная! — воскликнул Савелий Павлович, и Янковский -старший его поддержал, часто кивая головой.

Пришлось рассказывать про оба случая. Понятное дело, изрядно привирая, как и положено при пересказе охотничьих баек.

— А Камня в черепахе случайно не оказалось? — с некоторым недоверием спросил сосед хозяев.

— Конечно оказался. Нашли мы его, — кивнул я, делая знак слуге, чтобы мне налили ещё чаю.

— И какой же он был? — прищурился Савелий Павлович.

Вместо ответа я вытащил из-под рубахи свой новый накопитель, повесив его поверх одежды.

— Трогать не рекомендую. Завязан на кровь. Может шибануть так, что мало не покажется, — остановил я любопытного соседа, уже потянувшего ко мне свои шаловливые руки.

Руки он убрал, но чуть носом не сунулся в амулет, пристально рассматривая Камень.

— Я правильно догадался, что теперь у вас и на более серьёзные артефакты Камни появились? — заключил Савелий Павлович, когда вернулся на место и задумавшись, опорожнил залпом бокал вина.

— Именно так. Больше того скажу, я дорогое американское оборудование приобрёл в Тамбове. Так что могу теперь попробовать производить артефакты в ранее недоступном мне качестве.

— Если не секрет, что купили? — тут же навострил уши этот коллекционер артефактного инструмента, которым он крайне неумело пользуется.

— Пантограф.

— Слыхал про такие. Только их к нам в России лишь на заказ везут и за очень большие деньги. Говорят, за полгода заказывать надо. Откуда-бы он в Тамбове взялся?

— Так моё бывшее училище его и заказывало. Но потом руководство поменялось, и денег на выкуп не нашлось, — сказал я чистую правду.

Вообще-то это я уговорил своего преподавателя артефакторики на заказ американской диковинки, но после смены руководства училища, которая произошла за полгода до моего выпуска, нам показали жирную дулю. Деньги на закуп дорогого оборудования в одночасье испарились.

Тем не менее — мечта сбылась. Пантограф у меня в руках. Новенький и полностью готовый к работе. И пусть это была мечта того парня, в чьё тело я попал, но она — правильная, и я её осуществил.

— И какие-же артефакты вы нынче способны изготовить? — выжидательно посмотрел на меня коллега — артефактор, неудачливый.

— Весьма дорогие, — одёрнул я себя, чтобы не почесать в затылке, — Скажем, если вы найдёте пару клиентов, которые на ладан дышат, но дела не позволяют им устраниться от руководства Родами или Кланами, то я могу вернуть их лет на пять назад, а то и на десять, по здоровью и самочувствию. Понятно, что с привязкой артефакта на кровь, и рублей этак за пятьсот. Камень в них будет полный стоять, а не кустарно гранёная дроблёнка.

Хм… Кажется, я немного переборщил. Ну, если судить по повисшему молчанию за столом.

Как-то легко мне последнее время стали деньги даваться, оттого, считая по меркам своего бывшего мира, я счёл, что пятьсот рублей за десять лет жизни — цена не то, что справедливая, а даже демпинговая.

— Владимир Васильевич, — нарушила молчание Лариса Адольфовна, — А ваше предложение только для старичков годиться? Древние бабушки вам не подойдут?

— Отчего же. Принцип артефакта один и тот же. Просто я считал, что в столь дорогостоящем артефакте в первую очередь заинтересованы Главы семейств, — заявил я на чистом глазу.