Он посмотрел на телефон. «Никогда нельзя быть уверенным, кто конкретно с вами разговаривает», – обронил таинственный незнакомец.

«Если мой телефон прослушивают, то и этот телефонный разговор записан где надо… Не хотел ли незнакомец тем самым предупредить, что ему известно о слежке за мной?»

«Не оборачивайтесь», – сказал мужчина. И назвал имя Лорри, а это уже намек на Джуда. Тогда, может быть, у этого незнакомца есть ответы на некоторые интересующие меня вопросы. Может быть, это и есть долгожданный выход из бесконечных джунглей?

Большие часы в офисе Ника громко отсчитывали секунды.

«Что я собой представляю – известно многим. Тот, кому это надо, прекрасно знает, что я в офисе один. Без свидетелей. И если я не буду действовать, это будет означать только одно: я сдался, вышел из игры».

В шкафу у Ника еще со студенческих лет хранилась пластиковая папка для бумаг. Он достал ее, вложил внутрь свои выписки из полученных в библиотеке документов и засунул папку под ремень брюк. «Наверное, у меня теперь дурацкий вид, – усмехнулся он, – но по крайней мере руки у меня свободные».

Ник накинул спортивную куртку, вышел и захлопнул за собой дверь.

До вокзала «Юнион» от офиса Ника было несколько кварталов.

«Кто же там меня ожидает? – думал Ник, шагая по тротуару. – Что этому человеку нужно от меня?»

Навстречу ему шла женщина с тявкавшей на прохожих собакой. В руках у нее был зонт. Но синоптики обещали дождь только вечером!..

Какой-то мужчина вышел из остановившейся у тротуара «тойоты». Ник напрягся, но мужчина пошел в противоположную сторону.

Седовласого пенсионера нигде видно не было.

И Джека Бернса тоже.

Один знакомый полицейский, расследовавший многие убийства, как-то сказал Нику, что отсутствие осторожности – прямая дорога к смерти.

А преподаватель карате, у которого проходил выучку Ник, любил повторять: «Промедление в нашем деле смерти подобно».

Ник подошел к телефону-автомату. Что теперь делать, он знал.

Знакомого полицейского дома не было. Ник записал на его автоответчике сообщение: «Это Ник Келли, – он назвал также точное время и число. – Я отправился сейчас на вокзал „Юнион“ для встречи с позвонившим мне незнакомцем, который кое-что знает об интересующем меня деле, связанном с деятельностью ЦРУ. Думаю, мои телефоны прослушиваются. Так что позвоню вам сам. А если не позвоню – вы знаете, как поступить. Спасибо».

Ник позвонил и Питеру Мерфи. Того на месте не оказалось. Тогда он продиктовал его секретарше то же самое сообщение.

Повесив трубку, он быстро зашагал прочь. Не оборачиваясь.

«Теперь и я начал свою игру. Так что еще посмотрим, кто кого».

Ник шел точно по тому маршруту, который описал ему незнакомец.

Сзади послышался резкий звук пожарной сирены. В другое время он обязательно посмотрел бы на мчащуюся пожарную машину. Оглушительный рев пожарных и полицейских машин всегда привлекал его внимание. И внимание Сола. «Боже мой, как я люблю своего сына!» Но сейчас… сейчас нельзя оборачиваться. «Иди и смотри только вперед!»

На Первой улице он повернул направо и прошел по дорожке, пересекающей широкие лужайки Капитолийского холма, мимо белых мраморных ступенек, ведущих к Верховному суду, на фасаде которого были высечены в камне простые слова: «Справедливость для всех по закону».