Рене сидел сзади. У него были мутные глаза, смотревшие в разные стороны, и у меня снова возникло ощущение, будто он одновременно здесь, с нами, и где-то далеко.

— А что, если я с вами не поеду? — поинтересовался я.

— Закрой пасть и садись в машину, — ухмыльнулся Лерой.

— А скажи-ка мне вот что: Рене настоящий или его составили из запасных частей? — спросил я.

Рене пошевелился, и «полара» тяжело заскрипела. Думаю, он весил около четырехсот фунтов. Может, и больше.

— Садись со мной впереди, — приказал Лерой. — Рене впереди не помещается и ездит сзади.

Я сел на переднее сиденье, и, миновав Вилль-Платт, мы поехали по шоссе к ферме Милта Россье. Машина ползла по усыпанной битыми ракушками дороге мимо прудов и пары длинных низких блочных построек. Раздвижные двери были открыты, так что можно было заглянуть внутрь. Латиноамериканцы на маленьких тракторах тащили открытые баки с живыми лангустами в соседнее здание. Там латиноамериканки, стоящие за большими столами, доставали из баков лангустов, отрубали им головы, а затем разделывали тушки ножами. Другие мужчины отвозили разделанных лангустов в дальнее здание, где женщины мыли, сортировали и складывали их в толстые джутовые мешки. Окна в машине были открыты, так как кондиционер не работал, и звук ломающихся панцирей, походивший на треск костей, резал мне уши. «Мустанг» Джимми Рэя был припаркован в дальнем конце площадки, а сам он стоял с Милтом Россье возле одного из прудов. Лерой остановил машину и коротко бросил:

— Пошли.

Мы вылезли из машины и подошли к пруду.

Милту Россье было около шестидесяти. Темная кожа в пигментных пятнах, дешевая одежда и свисающий над ремнем живот. В уголке рта окурок сигары, бледные, в печеночных пятнах, руки. А еще рубашка с застегнутыми у запястий длинными рукавами. И конечно, соломенная шляпа. Похоже, у него чувствительная к солнцу кожа.

— Меня зовут Милт Россье, — представился он. — Мне сказали, что ты частный детектив.

— Правда?

Рене подошел к краю пруда и уставился на воду.

— Хммм. — Сигара слегка пошевелилась в уголке рта. — И что ты тут делаешь?

— Меня привез Лерой.

— Я не это имел в виду, — нахмурившись, произнес Россье. — Я имел в виду — в моем городе. Ты мутишь здесь воду, и мне это не нравится. Тебе здесь нечего делать.

— Ошибочка, Милт, — возразил я. — У меня тут дело.

— Он был с какой-то женщиной, Милт, — вмешался Джимми Рэй. — Она, кажется, адвокат.

Я посмотрел на Джимми Рэя и ухмыльнулся. Он мог это узнать только от шерифа Джоэля Будро.

— Я пытался найти тебя, Джимми Рэй, — сказал я. — Побывал у тебя дома.

Джимми Рэй посмотрел на меня так, словно я прострелил ему ногу, а потом густо покраснел.

— Ну этим мы займемся позже, — заявил он. — Ты здесь по другой причине.

Неожиданно Рене встал на колени и засунул руку в воду. Двигался он гораздо проворнее, чем можно было себе представить с учетом его размеров. В следующее мгновение он вытащил что-то извивающееся и вцепился в него зубами. Существо перестало извиваться.

— Проклятье, Рене, прекрати! — крикнул Лерой.

Рене бросил остатки своей добычи обратно в воду.

— Выплюни.

Рене выплюнул что-то черное, красное и блестящее на траву. Потом отошел на несколько футов от воды и сел на землю. Лерой, прищурившись, посмотрел в его сторону, затем с воплем бросился к нему:

— Господи, он уселся на красных муравьев.