— Прошу вас, — взмолился служка. — Не надо.

— Пошли.

Дрожащей рукой тот толкнул дверь.

В покоях было темно и пахло ладаном. Неизвестно откуда доносился шепот. Взгляд Уилла двинулся по комнате. Смятая постель, один комод, другой, высокие серебряные подсвечники, черная занавесь со множеством вышитых золотых крестов. Он подошел, и шепот сделался громче. Оставив Робера сторожить пленника, Уилл раздвинул занавесь.

Кто-то негромко вскрикнул и повернулся к нему лицом. Бертран де Гот преклонял колени перед небольшим алтарем, драпированным белой тканью. Рядом с Библией в черном кожаном переплете находилась дымящаяся кадильница. Луч луны высветил тонзуру архиепископа. Он испуганно смотрел на пришельцев.

— Извините меня, ваша милость, — простонал служка, падая на колени. — Эти разбойники заставили меня привести их сюда.

Бертран поднялся, оправил длинную ночную рубашку и взялся за висевший на груди большой крест, инкрустированный драгоценными камнями.

— Возьмите это. — Бертран протянул крест Уиллу. — Он стоит целое состояние. Берите все, что хотите!

— Мы не воры, — хрипло проговорил Уилл. — Мы пришли с вами поговорить. И не намерены причинить вред.

Пытаясь успокоить Бертрана, Уилл вложил меч в ножны.

— Верно ли, что недавно вас посетил король Филипп?

Испуг в глазах архиепископа усилился.

— Кто вы?

— Друзья, стремящиеся помочь вам в противоборстве с королем.

Бертран с трудом сглотнул и повернулся к служке.

— Оставь нас, Пьер.

Служка поднялся на ноги.

— Но, ваша милость…

— Обо мне не тревожься.

Как бы в подтверждение этих слов Робер ободряюще похлопал его по спине. Служка неохотно развернулся и покинул покои. Его шаги затихли в галерее.

Бертран направился к постели, взял лежащую там бархатную сутану и накинул на плечи.

— Объяснитесь. Откуда вы узнали о визите короля? — Он вгляделся в лицо Уилла при голубом сиянии луны. — Мы встречались?

— Да. Примерно десять лет назад я присутствовал на совете в лондонском Темпле и потом видел вас несколько раз в королевском дворце в Париже.

— Так вы служите Филиппу? — Бертран туже запахнул сутану. — Чего еще ему от меня нужно?

— Нет, ваша милость, я не служу королю. Я пришел вам помочь.

— Каким образом? — Бертран отвернулся, закусив губу. — Я в полном смятении и не знаю, как быть.

— Зачем приезжал король?

Бертран долго молчал, затем устало опустился на постель.

— Он хочет сделать меня папой. Его союзники в Перудже уже готовят мое избрание.

— Филипп сказал вам, зачем ему это нужно?

— Он сказал, что, став папой, я должен буду выполнить пять условий.

— Какие? — спросил Уилл.

— Отменить анафему, наложенную на Гийома де Ногаре; назначить в Священную коллегию кардиналов — сторонников Филиппа и Франции; давать из своей казны деньги на его войны с королем Эдуардом и гильдиями ремесленников Фландрии; официально объявить папу Бонифация еретиком.

Архиепископ погрузился в молчание.

— Вы перечислили четыре условия, ваша милость, — подал голос Робер.

Бертран поднял глаза.

— И распустить орден тамплиеров, чтобы все его богатства перешли Филиппу и наследникам.

— Боже, — пробормотал Робер.

По тону рыцаря Уилл понял — тот до сих пор не верил в реальность таких планов.

— И какой был ваш ответ? — спросил он.