— Епископ?

— Вы его знаете?

— Да, познакомился в Бордо. — Ногаре рассказал королю, как епископ пытался помешать аресту одного барона. — Неприятный тип. Грозил пожаловаться архиепископу.

— Пусть жалуется. — Филипп усмехнулся. — Бертран — личность ничтожная. Я встречался с ним прежде. Этот маленький алчный стяжатель постоянно суетится, пристраивая на доходные церковные посты своих родственников. А весь прошлый год он провел в попытках снискать благосклонность папы, в чем частично и преуспел. Вряд ли Бертран доставит нам какие-то хлопоты, но, если будет нужно, бросим ему кость: дадим епископство кому-нибудь из племянников. Но перед этим заставим хорошенько попросить. А вот намечающаяся встреча меня заботит. Боюсь, как бы Эдуард не попытался повернуть против нас тамплиеров.

Ногаре покачал головой.

— А каким образом? Эдуард над Темплом не властен. Орден подчинен одному папе.

— Вот именно. — Филипп кивнул. — Не потому ли на встрече будет присутствовать папский легат Бертран де Гот. Сейчас мое войско сдерживает англичан, но если их поддержит Темпл… — Он помрачнел.

— В крайнем случае Эдуарда могут поддержать английские тамплиеры, но не французские, германские, португальские или приморских стран. Тамошние рыцари не станут рисковать привилегиями, дарованными баронами и королями.

— Я согласен с министром Ногаре, — подал голос Флоте.

— И вообще, какая цель у этих рыцарей теперь, когда Крестовые походы закончились? — спросил Филипп. — Не превратятся ли они в наемников, воюющих за того, кто больше заплатит? С их помощью англичане смогут взять Гиень за несколько недель.

— У них фактически нет войска, сир, — ответил Флоте. — Половина ордена расположена на Кипре, другая рассеяна по всему христианскому миру. После падения Акры они сосредоточились на торговле шерстью, а Жак де Моле, насколько нам известно, прибыл сюда искать поддержки Крестового похода, а не воевать на чьей-то стороне.

— Тем не менее я желаю знать определенно, что для тревоги нет оснований. Может быть, Эдуарду нужна не военная помощь, а финансовая? Он ведь тоже сильно поиздержался. Уцепился за Гасконию, а тут еще смута в Уэльсе.

— А если они его поддержат? — рискнул предположить Ногаре.

— Тогда мне придется срочно искать деньги для завершения строительства флота и пересмотреть сроки вторжения в Англию. — Филипп взглянул на Ногаре. — Отправляйтесь в Лондон. Немедленно. Опередите Жака де Моле. Выясните цели этой встречи.

— Но, сир, там есть наши люди, — возразил Ногаре, оскорбленный тем, что его, министра, в прошлом профессора одного из лучших университетов Франции, посылают в Лондон как обычного шпиона. Он сверлил взглядом Флоте. Не он ли это предложил? Но первый министр смотрел в сторону. — Любой из них лучше справится с такой задачей.

— Нет. — Голос Филиппа звучал твердо. — Я желаю получить ответ быстро. При дворе скажете, будто посланы навестить мою тещу, привезли письмо от ее дочери. Впрочем, сомневаюсь, что там кто-нибудь знает, кто вы такой, и станет в чем-то подозревать. Пусть она выяснит что сможет.

— Но ее супруг сейчас в Байонне, командует английским войском.

— Она живет в королевском дворце в Вестминстере и определенно узнает новости не только от своего супруга.

Ответить Ногаре помешал стук в дверь. Появился придворный.

— Сир, шотландские посланники готовятся отбыть.