Он даже из-за машины выглянул, посмотреть, что делают остальные бойцы. А те спокойно себе курили, посматривая на то, как человек, вышедший из тьмы, трахает их хозяйку. Хотя какая она им хозяйка, это ведь его люди, и Ленка не имеет к ним никакого отношения. Нет, командовать ими она, конечно, может, но его приказ всё равно будет последним.

Наркоман поднялся и прошёл к своим, чтобы стрельнуть табачку. Курить он бросил давно, резонно посчитав, что от никотина нет никакого понта. Вот трава или опиум – понятно, с них хоть балдеешь. После табака, разве что изо рта воняет, как от лошадиной жопы, вот, в общем, и весь прикол. Однако сейчас отчего-то ему сильно захотелось именно никотина, а отказывать себе хоть в чем-то он не привык.

– Замути-ка мне покурить, – попросил он ближайшего бойца с самокруткой.

Тот молча кивнул и принялся соображать такую же для босса. Насыпал самосад в кусок пожелтевшей от времени газеты, послюнявил краешек и несколько раз прокрутил получившийся цилиндрик в пальцах.

– Нихуя ты её обвафлил, – ухмыльнулся Мутный, но самокрутку всё же принял и прикурил.

Спустя всего пару секунд после затяжки голова пошла кругом, появилась некая лёгкость во всём теле. Жаль, что этот кайф длится недолго, а при регулярном курении и вовсе пропадает.

Тем временем его друзья закончили обмен биологическими жидкостями. Лена раскорячилась и принялась вытирать промежность, из которой обильно вытекала слизь. А так как под рукой ничего подходящего не было, в ход пошли собственные трусы, которые вскоре полетели в сторону. Она натянула камуфляжные штаны и с каменным лицом посмотрела на бойцов. Те сразу сделали вид, будто не смотрят и принялись наводить суету.

Гера тоже натянул штаны, которые больше напоминали какие-то лохмотья и теперь уже прямой наводкой направился к другу.

– Здорова, долбоёбина! – растянул руки для объятий он.

– Да иди ты на хуй, бомжара, – вернул ему Мутный и они обнялись, похлопывая друг друга по спине. – Ты где эту ссанину взял?

– Думаешь, там выбора до хуя? – кивнул в сторону тьмы Гера и осмотрел наполовину истлевшие штаны. – Да поебать, всё не с голым хуем. Спасибо, кстати.

– За чё?!

– За спасение и за дозняк. Пригодился, чтоб время скоротать.

– Да это вообще хуйня, у меня этого кайфа теперь хоть жопой жри.

– У нас, – в разговор влезла Лена.

– Да по хуй, – отмахнулся наркоман. – Ты чё, Воблу поднимать будешь, нет?

– Не знаю даже, – пожала плечами Лена. – Какая-то она ебанашка стала в последнее время. Совесть её не по хуйне ебёт.

– Она наша, – покачал головой Гера. – Мы вместе с самого начала. Так что поднимай.

– Как скажешь, – ухмыльнулась она и направилась к телу подруги.

– Ну чё, как дела-то вообще? – спросил Гера.

– Да хуй поймёшь, – отозвался Мутный. – Ещё недавно всё было заебись, а сейчас какая-то хуйня нездоровая началась. О, кстати, а это не ты наших людей хуячишь?

– Нет, – спокойно ответил тот. – На хуй оно мне нужно?

– Так-то да, – почесал макушку Мутный. – Узнать бы кто, кожу живьём сдеру.

– А ты с чего вдруг на меня подумал?

– Да там понимаешь, такая хуета… – наркоман на секунду задумался.