Среди своих Тоня смогла заслужить уважение. В отличие от Лены с Мутным, которые держали людей только при помощи страха, Тоня периодически доказывала свою состоятельность. Она часто выручала людей, спасала им жизни, когда случались нападения на караваны. Конечно, она была в состоянии предугадать подобное заранее, но случались и осечки. Например: даже зная, что впереди ждёт засада, у колонны попросту отсутствовала возможность развернуться. Бывало, что их преследовали, а уйти от погони так же не представлялось возможным. В общем, в дороге случалось всякое.

Однако Тоня никогда не бросала своих людей. Сражалась наравне со всеми, а порой и пёрла впереди, словно искала смерти. А когда кто-то из бойцов получал тяжёлые ранения, до истерики ругалась с Леной, чтобы та применила свой талант и вылечила человека. Бывало и так, что Тоня просила за семью кого-то из ребят. И всё это в совокупности создало ей непререкаемый авторитет.

А потому, получив приказ не пускать никого из партнёров, люди пожали плечами и принялись исполнять без лишних вопросов. Все были наслышаны об их нравах и о том, на чём держалась власть. Бизнес общий и люди часто пересекались, общались и обменивались информацией. И если с выходками Лены они ещё как-то мирились, то о Мутном в положительном ключе практически никто, никогда не отзывался. Надо признать, не без оснований. Соответственно, и его появление у городской стены восторга не вызвало.

– Открывай, бля! – крикнул он и что было сил пнул мощную, железную воротину.

Её толщина была такой, что от этого пинка звук даже не достиг ушей тех, кто наблюдал за происходящим с вышки.

– Я вам ещё раз повторяю: у нас приказ! Никого пускать не велено, – произнёс человек за пулемётом.

– Ты чё там, в глаза ебёшься? Ты знаешь, кто я такой?

– Знаю, – спокойно ответил тот, – И на ваш счёт было особое распоряжение.

– Блядь! Я ей ебальник разобью, тощая сука! Какого хуя…

– Успокойся, – осадил приятеля Гера и крикнул охраннику: – На мой счёт, распоряжения были?

– Сказано: «Никого не пускать, особенно партнёров!» Тебя я вообще впервые вижу.

– Может, ты уточнишь у хозяйки? Скажи: «Встречи просит Гера».

– Да хули ты вообще с ним базаришь?! – не выдержал Мутный. – Разъеби их на хуй и дело к стороне.

– Бля, завали ебало, – огрызнулся он и, натянув придурковатую улыбку, добавил: – Пожалуйста.

Пока боец общался по рации, образовалась небольшая пауза. Мутный нетерпеливо пританцовывал, но рот больше не открывал, хотя было видно, что он едва сдерживался. За последние годы он отвык слышать «нет» в свой адрес и данная ситуация его сильно бесила. Гера, напротив, был очень спокоен.

– Тебя пустить разрешили, – наконец раздался крик пулемётчика со стены, – Но только тебя и всё. Водитель с Мутным пусть здесь ждут.

– Ты охуел..! – начал было наркоман, но Гера его придержал.

– Мутный, не нагнетай. Сейчас допиздишься и меня не пустят.

– Да хули ты кланяешься перед ними?

– Потому, что мы пришли её вернуть, а не убить. Так что завали ебало и сядь в машину, – закончил диалог Гера и задрал голову, обращаясь к бойцу: – Открывай калитку, один зайду.

– Если чё, Гера… – Мутный придержал товарища за плечо.