– Вон! – рявкнула он, практически не слыша собственного голоса. – Вышли все, здесь сплошные ловушки.

Бойцы послушно высыпали наружу, а Тоня, помотав головой, со стонами поднялась на ноги. Она заглянула в кухню, где и обнаружился спуск в погреб. Затем посмотрела на стонущего командира, что едва шевелился на полу, вытянула пистолет из кобуры и пустила ему пулю в голову. Это золото может ещё пригодиться, ведь неизвестно, как всё сложится в дальнейшем. Вдруг ей удастся выжить во всей этой круговерти. А начинать жизнь, когда под жопой немалых размеров кубышка, гораздо проще.

– Что там? – поинтересовался всё тот же боец, когда Тоня выбралась на улицу.

– Пиздец там, – поморщилась она. – К дому не подходить, там всё заминировано. Что с продуктами?

– Минут через пять закончим, – чётко ответил он.

– Замечательно, – кивнула Тоня. – Заканчиваем и валим.

– Может, спецов позвать? Раз дом так обложили, в нём наверняка что-то ценное.

– Я сказала: заканчиваем! – строго повторила она и вывернула желудок себе под ноги.

Спор тут же прекратился. Бойцы подхватили Тоню под руки и помогли забраться в машину. Посыпались команды, захлопали двери и вскоре, загруженная колонна уже мчалась обратно в Жуковский.

Глава 17

Сговор

– Чё думаешь по поводу Тони? – спросил Гера, едва девушка укатила в Раменское.

– Ебётся она пиздато, – показал большой палец Мутный. – Я понимаю, бро, Ленки больше нет…

– Блядь, ты в натуре ебанутый, – закатил глаза он. – При чём здесь это?

– А ты о чём?

– Я вообще, в целом. Можно ей доверять, нет?

– Ну ты пиздец, Гера, нашёл, блядь, у кого поинтересоваться. Ты спроси: сможет ли она двадцать сантиметров заглотить? Это я тебе сразу отвечу.

– По-моему, ты себе льстишь.

– Чё?! Хочешь покажу?! Неси линейку!

– Отъебись.

– Очканул? Вот тот и хуй-то!

– Так что по поводу Тони думаешь? Только не надо мне опять за глубину её очка рассказывать. Я знаю, что ты не такой тупой, каким хочешь казаться.

– Гер, да хуй его знает, если честно. Какая-то она ёбнутая стала в последнее время. Вся пиздец из себя правильная, вечно за мораль втирает. Ты же слышал, она нас с Ленкой въебать пыталась и не раз.

– Значит, не стоит…

– Да подожди ты, с выводами своими. Ты её чё, тоже сожрать хочешь? Ты в натуре не боишься, что у тебя пизда вырастет?

– Ничего у меня не вырастет.

– Ха-ха-ха, да я видел твой стручок. Не исключено, что он поэтому втягиваться начал. Обидно, конечно…

– Заебал.

– Ладно, не ссы, я слышал, что размер на самом деле не так важен.

– Мутный, бля!

– Да чё опять не так-то? Я ж по-братски, помочь хочу.

– Ты уже помог, спасибо.

– Говно вопрос – обращайся. Ты ведь её не сожрёшь, правда?

– А тебя это так сильно беспокоит?

– Ну не то, чтобы… Ой, да по хуй, короче, делай как знаешь. Но учти, если у тебя дырка зачешется, я тебя ебать не буду.

– Блядь, всё, иди на хуй!

– Ха-ха-ха, – загоготал Мутный.

Некоторое время они ещё сидели на веранде, которая так и не вернулась к прежним формам. Мутный хоть и продолжал изображать клоуна, однако в душе его просто трясло от страха. Все эти разговоры за Тоню, будто Гера и в самом деле решает, кого из них двоих сожрать первым.