— Подожди минуточку, — сказал Скотт, может быть, слишком поздно вступая в игру. — Где ты собираешься взять эти пять тысяч?

Это были реальные пять тысяч. Нет, лучше сказать, имеющиеся в наличии, в противоположность тоже вполне реальным, но которые еще предстояло получить в «Кодеско».

— Я могу их достать.

— Каким образом?

— Прежде всего, можно заложить дом.

Вполне разумно. Цены на недвижимость в Олд-Милле постоянно росли, а Том уже давно являлся владельцем своего дома.

— А еще я могу заложить лыжную базу, если возникнет такая необходимость.

До Скотта вдруг дошло, что Том уже занимает то положение, к которому он только стремится. Не то чтобы ему это очень нравилось, не то чтобы он преувеличивал. Он просто его занимал.

— Мы подпишем соглашение завтра утром, и ты получишь свой чек.

— Спасибо, Том.

— Очень надеюсь, что у тебя все получится.

— Успокойся.

Все было сделано очень быстро. Соглашение, по которому Том выкупал у Скотта его долю бизнеса, сохраняя при этом право Скотта на приобретение ее обратно под один процент, было подписано и при свидетелях заверено нотариусом к одиннадцати утра на следующий день. Уже через час Скотт положил деньги на счет, приносящий процентный доход в брокерской конторе Гудукаса. Пятьсот семнадцать тысяч двести шестьдесят три доллара и семьдесят центов.

Гудукас провел его в зал заседаний и закрыл дверь:

— Сколько ты собираешься взять?

— Я думал о ста тысячах акций.

— Ты можешь взять гораздо больше с таким залогом.

Гудукас помахал перед ним копией чека и продолжил:

— Я беру триста тысяч.

— Триста тысяч?

— Зачем будущему владельцу острова мелочиться? — сказал Гудукас.

— Почем они сейчас?

Гудукас посмотрел на табло, висевшее в зале заседаний:

— Восемь восемьдесят пять. Упали на двенадцать центов.

Скотт повернулся, чтобы посмотреть на экран, нашел «Кодеско», цену и объем продаж. Все это было настоящим.

— Сколько они стоили сначала, когда ты купил свои акции?

— Девять и пять.

— То есть сейчас ты их можешь выкупить и заработать…

— Шесть тысяч, — не задумываясь сказал Гудукас.

Экран мигнул, и цена упала до восьмидесяти восьми восьмидесяти.

— Боже мой! Что, уже началось?

— Возможно. Сколько берешь?

— Может быть, сто десять.

Гудукас закудахтал, как курица.

— Хорошо, хорошо. Сто двадцать пять.

— Вот это уже лучше. Но сто пятьдесят легче умножать.

На экране появилась новая цифра. Акции «Кодеско» подешевели еще на пять центов. Восемь семьдесят пять. Это значило пятнадцать тысяч для Гудукаса. Именно столько потерял Скотт, не приняв решения две минуты назад и не купив акции по цене один к пятидесяти.

— Сто пятьдесят.

— Ну наконец-то.

Скотт продал сто пятьдесят тысяч акций «Кодеско», которыми он не владел, взяв их взаймы, как это и делалось в таких случаях у брокерской конторы Гудукаса. В момент сделки они стоили восемь семьдесят пять. Сто пятьдесят тысяч акций по восемь семьдесят пять — это один миллион триста двенадцать тысяч пятьсот. Когда он выходил из конторы, акции «Кодеско» по-прежнему стоили восемь семьдесят пять. Он уже заработал пятнадцать тысяч.

Дождь со снегом, ветер, зажженные фонари (сегодня еще темнее, чем вчера), облака висят так низко, что, кажется, зацепляются за деревья.