Изменить размер шрифта - +
Ба! Так это Александр и Катя! Я видел их году так в 85-ом последний раз. И жили они тогда на Калинина в гостинке. Я ещё хотел позвать своего приятеля по московской конференции на работу в горком, но он уже прилично получал в аэропорту, работая электриком, и терять время на комсомольские поручения, имея беременную жену, не захотел. А получить сразу место инструктора с высокой зарплатой не так просто. Я в то время совсем новичком в комсомольских делах был и ничего не решал. Однако сейчас мои возможности велики.

— Саша, Катя, вы что, как неродные? — торможу трио я.

— Толян, ты, что ли? Ох, ты ж как вырос! — узнал меня Александр.

— Это кто? — удивилась Катя.

Ну, всё верно — видела она меня один раз всего и без верхней одежды. Снимаю шапку.

— Что, не узнала? А так?

— Да это мой приятель по конференции комсомольской в Москве, помнишь, он к нам на Калинина приезжал? — отчего-то неловко пояснил товарищ.

— Давайте обратно в крыло зайдём, а то тут курят, и дым на ребёнка идёт. Это, кстати, мальчик или девочка у вас?

— Э! А ты чего, против? — один из курильщиков крикнул в спину явно мне.

Я проигнорировал — сначала с товарищем очень хочется поболтать.

— Вы каким ветром тут? — спросил я, когда мы зашли в просторный холл шестого этажа.

Странно, диван на месте, а телевизора нет — отмечаю взглядом изменения за пару-тройку месяцев, что я тут не был.

— Хотели пожить пристроиться на неделю-другую, — вздохнул Сашка. — А, ты же мою дочу не видел, да?

— Не-а, давно не общались. Так у вас гостинка ведь была? — удивляюсь я. — И здесь, это как? Вы же не студенты.

— Она и сейчас есть, только там жить нельзя. Наш дом — аварийка, — пояснила Катя.

— У тебя жильё служебное, должны взамен дать, тем более ребёнок у вас. А что там аварийного? — интересуюсь подробностями я.

— Нам и дали. На Красной армии в двухэтажном деревянном бараке комнату, удобства во дворе, — опять ответила Катя. — А там часть дома с трещиной, вот и расселили. Хотели у моей подруги тут в общаге пожить, она одна в двухместке, но та не пустила.

— Да, Катя, куда там к ней ещё трое…, — вякнул было Сашка.

— Ой, ты хоть молчи! Сейчас куда идти? Опять в барак? Не можешь на работе выбить нормальное жильё! — резко одёрнула приятеля жена.

— Тут на вахте периодами жестко смотрят, так что — не вариант, да и комната двенадцать метров на четверых это… это капец как мало! — поддержал парня я.

— Ладно, нам пора! У нас одиннадцать метров комнатка, кстати, на троих сейчас, и до этого так же жили, и ничего, никто не умер. Зато душ, кухня, туалет! Теплый! — Катю пробило на слёзы.

— Стоп, не реви! — командую я.

— Я не реву!

— Я ещё раз схожу. Ну, нет у нас фондов сейчас, да и работаю мало, меньше трёх лет, а там люди на квартиру по десять стоят! — забубнил Сашка.

— Сегодня праздник же ещё, Восьмое марта. О! есть идея! Гениальная, как всегда. Едем ко мне в гости! Отказа не приму, — я решителен как никогда. — Я дом снимаю недалеко от вас в Николаевке. Места всем хватит.

— Ай, пошли, а то спарилась уже Алиска в шубке, — машет рукой Катя.

Выйдя в коридор, натыкаюсь на троих курильщиков. Стоят, качаются! Два задохлика, по метр с кепкой и один поздоровее, с меня ростом. Он мне и кричал в спину.

— От лифта отошли! И вообще, рассосались! — командую я парням.

Быстрый переход