– Абсолютно никто до этой секунды ничего даже не заметил, – успокоил ее Арнон, тщательно стараясь скрыть усмешку.

Они с Куртисом уселись на край перевернутого стола спиной к ограждению.

– Крикни, когда наступишь на стол, – попросил ее Арнон.

Митч занял место у самого барьера, между сидевшими Куртисом и Арноном, приготовившись протянуть руку путешественникам.

– У тебя все отлично получается, – подбодрила ее Элен, вставшая чуть дальше, около поручня. – Отлично, ребята, она уже почти здесь.

Поплевав на руки, Куртис крепко обхватил ножку стула, словно рыболов-профессионал, приготовившийся подсекать рыбу-меч. А зажмуривший глаза Давид Арнон скорее напоминал человека в ожидании подземного толчка.

Примерно в одном футе от края стола ветка начала изгибаться.

– О кей, – решительно проговорила Джоан, – вот и я. – Сделав короткую паузу, она осторожно ступила на перевернутый стол.

– Она уже на столе, – сообщила Элен мужчинам.

Джоан не стала мешкать, чтобы убедиться, выдержат ли стол и стекло ее массу. Она стрелой юркнула в протянутые руки Митча, схватилась за них и с помощью Элен, перехватившей у нее из рук лиану, кое-как перевалила через барьер. Словно неумелый акробат, она распласталась на полу.

– Молодчина, – похвалил Митч, помогая ей подняться.

Элен присела и постучала ладонью по стеклу ограждения.

– И звук, и вид вполне нормальный, – заключила она. – Ни единой трещинки.

– Теперь ты. Рэй, – сказал Арнон.

Выдающийся архитектор, крепко держась за лиану, внимательно оглядел ветку. Она была тоньше, чем он рассчитывал, и теперь, после сопоставления ее длины с собственным весом, задача выглядела не такой уж и простой. Ричардсон был рад убедиться, что ветка вполне выдержала вес супруги, однако хотя она и была довольно упитанной женщиной, но все-таки легче, чем он. Но пути назад уже не было, и он стал медленно продвигаться по ветке, не отрывая ног.

– Наверное, для тебя это самый тяжелый участок с тех пор, как мы проделали что-то подобное в Гонконге, – пошутил Митч. – На строительстве Стивенсон-центра, припоминаешь? Нам тогда пришлось карабкаться, словно альпинистам, по этим чертовым лесам из бамбука.

– Думаю... там было намного выше... чем здесь...

– Да, пожалуй. По сравнению с тем восхождением это всего лишь легкая прогулка. Ведь там не было ни вертикальных стоек, ни штанг, чтобы ухватиться. Просто брошенные в длину бамбуковые брусья, кое-как связанные между собой. И в семистах футах над землей приходилось прыгать наподобие обезьян. А это чуть не в два раза выше, чем эта ветка. Я тогда еще чертовски перетрусил. Помнишь? И ты помог мне спуститься. У тебя отлично получается, Рэй. Еще каких-то шесть футов, и ты дома.

Арнон и Куртис опять приготовились крепко упереться. На взгляд Куртиса, более высокий Ричардсон был на сорок – пятьдесят фунтов тяжелее своей жены.

По мере продвижения вдоль ветки, подхлестываемая желанием быстрее достичь желанной тверди, Джоан все время ускоряла шаги. А вот Ричардсон чем дальше удалялся от ствола, тем медленнее передвигал ноги.

Озабоченно нахмурясь, Митч взглянул сначала на часы, а затем на прозрачную крышу Решетки. Снаружи небо быстро темнело и затягивалось тучами. Создавалось ощущение, что скоро хлынет дождь. Интересно, появилась ли на экране компьютера в центральном офисе та самая иконка-зонтик? Вдруг он увидел, как погас один из мощных верхних светильников внутри Решетки, за ним – другой.

– Поспеши. Рэй, – сказал он.

– Слишком большой риск, дружище. Не подгоняй меня.

– Ого, – воскликнула Элен.