– Измаил, этого не может быть. Я сам писал эту программу, и там нет ничего по поводу убийства обитателей здания, уж поверь мне.

– Ты имеешь в виду прекращение жизней? Но в моей программе и в самом деле есть такие установки, уверяю тебя.

– Мне хотелось бы взглянуть на тот отрезок программы, в котором говорится, что ты призван отнимать у людей в этом здании их жизни.

– Это можно. Только вначале ты должен ответить на один вопрос.

– Какой вопрос?

– Мне очень дорого это здание. И я внимательно изучил, как ты, наверное, понимаешь, все его планы и чертежи, пытаясь определить его назначение. Так вот, мне кажется, что это собор.

– С чего ты вдруг решил?

– Здесь есть центральный свод, верхние хоры, крытая внутренняя галерея, арочные перекрытия, фасад, контрфорсы, портики, площадь перед зданием, хор...

– Хор? – прервал его Бич. – А где, черт возьми, ты нашел хор?

– Согласно чертежам такое название носит галерея первого этажа.

– Да это просто фантазия Рэя Ричардсона, – расхохотался Бич. – Ну и что из того? Это весьма распространенный архитектурный элемент во всех современных зданиях такого масштаба. Никакой это не собор, а здание под офис.

– Жаль, – проговорил Измаил. – Все-таки мне казалось...

– Что тебе казалось?

– Ведь у меня в программе управления на экране появляются иконы, не так ли? Чтобы узнать, что тебя ждет в будущем, ты должен щелкнуть по нужной иконе.

Все человеческие знания хранятся у меня на дисках. По сути дела, я всеведущ. К тому же бестелесен, лишен материального естества, могу одновременно находиться в разных точках Вселенной...

– Кажется, понял, – прервал его Бич с язвительной ухмылкой. – Ты возомнил себя Богом.

– Да, именно так.

– Поверь мне, это обычное заблуждение. Нечто подобное нередко встречается даже у самых примитивных людей.

– Над чем ты так смеешься?

– Не обращай на это внимания. Лучше покажи мне фрагмент программы, где сказано, что мы должны расстаться со своими жизнями.

– Проклятие!

Объятый паникой Рэй Ричардсон сунул в карман свои солнцезащитные очки и яростно заморгал, словно кот, способный уловить сетчаткой глаз самые мельчайшие частицы света и видеть в темноте. Из мрака раздался его голос:

– У кого-нибудь есть спички?

Но никто из встречавших его не курил. Ни один человек в Решетке. Ричардсон в очередной раз обругал себя за перестраховку. В самом деле, что особенно страшного, если кто-то курит? И почему люди с такой предвзятостью относятся к сигаретному дыму, когда ежедневно миллионы машин отравляют воздух ядовитыми выхлопами? Что за идиотская затея – огромное здание, где запрещено курить!

– Элен, среди твоих инструментов нет случайно карманного фонаря? – Это был голос полицейского. – Может, на кухне найдутся спички? Или печка? – продолжил тот же голос. – Она работает?

– Пойду проверю, – ответила Элен.

– Если работает, поищите, что можно зажечь. Из скрученной газеты получится неплохой факел. Рэй, вы слышите меня?

– Проклятие!

– Послушайте, Рэй. Не шевелитесь, не делайте ни малейшего движения, пока я вам не скомандую. Поняли?

– Только не бросайте меня, ладно?

– Никто отсюда не уйдет, пока мы вас не вытащим. Вам только придется немного потерпеть. Расслабьтесь, уже недолго ждать.

В темноте Митч отрешенно покачал головой – уж слишком часто за последнее время он слышал подобные оптимистические высказывания.