Продавать в общем-то было практически нечего, но лишь отчасти. Верфь располагалась на берегу Темзы, и потому сама территория стоила очень дорого. Однако Элиза не была уверена в том, что сможет пережить потерю компании, она стала смыслом ее жизни! Что ей делать, если не проектировать яхты? Куда ходить, если продать землю? Лишиться верфи равносильно потери частички души. Правда, в глазах общества мисс Саттон однажды сделала нечто подобное, когда решила последовать за отцом, отказавшись от дорожки, проторенной другими девицами со связями и благородного происхождения.

Уильям вздохнул и провел рукой по волосам. Так же, как отец, — у Элизы защемило сердце. Девятнадцатилетний брат был выше и стройнее покойного Ричарда Саттона, но в остальном очень походил на него и потому служил живым напоминанием об утрате.

— Сколько нам не хватает?

— Двенадцать тысяч фунтов.

Даже произнести вслух это число было непросто. Такие деньги водились только у аристократов. Элиза вспомнила о письме. Она так на него рассчитывала. Поддержка королевской семьи могла бы все исправить. Уильям присвистнул.

— Да, просто так из кармана не вытащишь!

— Ты всегда можешь жениться на какой-нибудь богатой наследнице. — Элиза подтолкнула брата локтем, пытаясь пошутить.

Уильяма не интересовало семейное предприятие, но он очень любил отца и в последние месяцы во всем поддерживал сестру, часто навешал ее, выкраивая время в ущерб своим занятиям.

— Я мог бы бросить учебу, — сказал он серьезно.

Уильям вот уже третий семестр учился в Оксфорде, постепенно создавая себе репутацию в академических кругах. Он и раньше предлагал бросить университет, но Элиза и слышать об этом не хотела.

— Нет, отец считал, что его сын должен получить образование, — твердо возразила она. — К тому же это все равно не поможет.

Она не желала сделать брату больно, оценила его предложение, но понимала, что сэкономленные таким образом деньги ситуацию не спасут, а потому считала несправедливым толкать Уильяма на бессмысленную жертву, пусть даже из благородных побуждений.

— А что насчет инвесторов? Может быть, они дадут нам аванс? — поинтересовался Уильям.

Когда он последний раз приходил домой, некоторые инвесторы еще не отказали верфи, надеясь найти способ довести начатые проекты до завершения.

Элиза покачала головой:

— Они все ушли. Никто не хочет вкладывать деньги в компанию, которая ничего не производит.

Они не просто ушли, они подтолкнули верфь к краху. Ричард Саттон не был богачом, однако от непомерных долгов не страдал, а инвесторы не только отказались поддерживать компанию в дальнейшем, но и потребовали вернуть уже вложенные в нее деньги, сомневаясь в том, что профинансированный ими проект будет завершен.

И теперь этот проект лежал там, внизу, посреди тихого двора. Наполовину законченный каркас гоночной яхты, построенный по чертежам отца, несмотря на все его новаторские идеи, был заброшен. В последние несколько недель инвесторы особенно активно требовали выплат. Однако все их деньги еще в самом начале были потрачены на покупку расходного материала, и теперь он лежал по периметру двора, накрытый парусиной и никому не нужный.

— Жаль, что инвесторы не принимают древесиной и смолой, — пробормотала Элиза. — У меня этого предостаточно.

Уильям посмотрел на сестру. По его глазам было видно, что он о чем-то думает.

— Все необходимое для яхты уже закуплено?

— Да. Отец покупает… покупал, — поправилась Элиза, — все заранее. Так работа шла быстрее и не нужно было беспокоиться из-за того, что что-нибудь закончится в самый неподходящий момент.

Уильям рассеянно кивнул, погруженный в свои мысли.