Твою... мать.

Когда мир вернулся, Ревенант не мог шевельнуться. Он чувствовал себя так, словно его обездвижили и лишили костей, и мог просто лежать, переживая головокружение. Единственное, что он с удовольствием будет нести на себя, вес тёплого тела Блас.

Она, тяжело дыша, лежала на нём, и её потное тело прилипло к его. Ревенант задумался, прошло ли время запретов, и мог ли он, наконец, провести ладонью по шелковистым волосам, которые рассыпались по его плечам? Но потом осознал, что руки поднять всё равно не в силах, так что "без прикосновений" уже не несло в себе такой необходимости.

- Я не могу пошевелиться, - проговорила Блэсфим, опаляя дыханием горло Рева.

Шевелиться? Да он говорить не мог. Ему удалось промычать что-то, что он надеялся, прозвучало, как согласие, и почувствовал кожей, как Блас улыбнулась. И эта крошечная близость, тайная, удовлетворённая улыбка, пока они ещё были соединены, словно тёплое объятие обернулась вокруг Рева.

Такое сильное и столь же незнакомое чувство. Ревенанту нравились женщины и секс с ними, но он впервые переживал такое, как если бы не мог насытиться. Не сексом, а женщиной. Блэсфим.

Он мог лежать так вечность. Может Земля перестанет вращаться, миры прекратят войны и все оставят их с Блас в покое? Ревенант не привык мечтать... все мечты, которые он строил, были разрушены на вершине горы Мегиддо, много лет назад, когда Ривер дал, понять, братья или нет, они не семья, и Ревенанту не место на Небесах.

Но он мечтал. И это сумасшествие, учитывая, что жизнь завела его в самое, что ни наесть худшее место, где и Небеса и Ад имеют его по полной. Когда дело доходило до сражения между добром и злом, ни одна из сторон не была снисходительна. Значит, неважно, что Рев будет делать, когда кто-нибудь обрушит весь ад на его голову. Буквально, если Рев разозлит Сатану.

Ну да, лежать в постели и мечтать о счастливом будущем - глупо.

Но, когда Блэсфим удовлетворённо выдохнула, он понял, что в этот момент он счастлив, поэтому будет растягивать и смаковать его.

Потому что ему что-то подсказывало, что он продлится совсем мало.

Глава 16

Ревенант проснулся от прикосновений пальцев Блэсфим к его груди. Он уснул? Серьёзно? Он никогда не отключался после секса.

Открыв глаза, он кинул взгляд на часы... ага, пару часов покемарил. Повернув голову, он улыбнулся, увидев Блас, растянувшуюся у его бока. Рев лежал на спине, а Блас водила рукой верх и вниз по его груди.

- Привет. - Она вернула ему лучезарную улыбку.

- Привет. - У него был чертовски усталый голос, но по хорошей причине.

- И, - начала она, без обиняков, - как вышло так, что ты и Ривер братья? И почему Ривер никогда о тебе не говорил?

Застонав, Рев накрыл рукой глаза.

- Ты имеешь что-то против кофе, перед обсуждением?

- Не-а. Но, пока ты спал, я покопалась у тебя на кухне и не нашла его. - Она ткнула его в бок. - И? Выкладывай.

Понимая, что не сможет спокойно вернуться к реальной жизни, Ревенант закинул руки за голову и уставился в потолок.

- Ривер не говорил о брате, потому что не знал он нём, как и я ничего не знал. Мы узнали лишь пару недель назад.

- Как так?

- Нас лишили воспоминаний. Дважды.

Сев, Блэсфим прикрылась одеялом. Плохо. Рев мог бы весь день любоваться её грудью с кремовой кожей.

- Я запуталась.

Он тоже.

- Да, ну... я всё ещё пытаюсь разложить по полочкам воспоминания за тысячи лет. - Он протянул руку и поиграл с локоном волос Блас, думая, как много может рассказать. Он никому не доверял, а Неистинные ангелы с их любовью ко лжи и обольщению доверия стоят ещё меньше.