А значит, он не знал, как она могла использовать информацию против него.

- Наша мать была ангелом - воином, - наконец проговорил он. - И была беременна потенциальным Радианом, но её предали и отдали силам Сатаны. Наш отец погиб во время сражения, а её утащили в Шеул. Где мама и родила близнецов. Небеса и Шеул достигли соглашения, что один из близнецов отправится наверх, а другой останется внизу.

- Ого, - выдохнула она. - Вот почему ты ангел, но не падший. Небеса забрали Ривера, да?

- Да. Меня оставили в Шеуле, расти в клетке три на три метра. - Воспоминания, словно молотом по наковальне, атаковали разум, но Рев заткнул их подальше, решив избежать самой грязи истории. - Годы спустя, когда я узнал правду, я отправился к Риверу, и всё прошло не очень хорошо. Он только узнал, что женщина, которую он любил, предала его, и что у него есть четыре взрослых ребёнка. Он вспылил... я вспылил... в общем, из-за расстройства мы наворотили много разрушений.

- Как много?

- Так, что потребовалась тысяча ангелов, чтобы переписать историю в разумах людей.

Блас сглотнула

- Они такое могут?

- На самом деле, они делали такое несколько раз.

- Твою мать, - выдохнула она.

- Точно. - Он потёр лицо руками. - Так вот и вышло, что я остался без воспоминаний. Сатана сказал, что я падший ангел, и что не помню время на Небесах, потому что иногда при падении с Небес теряется память. Я купился и верил, что меня выперли с небес за убийство собрата-ангела. - Рев фыркнул. - Я с рвением принял сторону зла. Чёрт, я выпить хочу. А ты?

Она покачала головой.

- Уверена? - он встал и, обнажённым, подошёл к бару в углу. - Не думаю, что мне когда-либо встречался Неистинный ангел, не желающий выпить.

- Мне сегодня ещё работать. А Призрак, почему-то не любит, когда его сотрудники являются на работу в нетрезвом виде.

Он налил себе рюмку лучшего абсента в Шеуле, изготовленного по древнему рецепту с полынью, выращенной на трупах импов.

- Ах, точно. Ты же Неистинный ангел с этикой.

- Ага. Этика. - Она потёрла виски, словно пытаясь унять головную боль. - И сколько же лет ты считал себя Падшим? А ещё, - проворчала она, - надень что-нибудь. Голым ты опасен для общества.

Ах, Ревенант любил, когда ласкали его эго. И точно не станет одеваться.

- Я верил в то, что я Падший пять тысяч лет плюс минус столетие. - Он выпил неоново-зелёную жидкость, смакуя то, как она обожгла глотку. - Затем, чуть более трёх десятилетий назад, Ривер снова сделал что-то плохое. Он нарушил огромное правило и был наказан. Хочешь угадать, как?

- Ах... потеря памяти?

- Точно. Ну, вот тогда он потерял крылья и отправился работать в больницу. А вот тут-то и самое интересное. В соглашении между Шеулом и Небесами говорилось, что то, что случилось с одним близнецом, должно случиться и со вторым. Поэтому мне тоже стёрли память.

Алкоголь стал горек. Нарушение правил вело к хаосу, боли и всем видам дерьма. Именно это и случилось, когда Ривер проигнорировал правила.

- Господи, - прошептала она. - Так ты за секунду потерял пять тысяч лет воспоминаний?

Он кивнул.

- Ривер хотя бы знал, что наказан. А я? В одну секунду я... э-э-э... занимаюсь хренью падшего ангела, а в следующую думаю, какого чёрта я весь в крови, стою над телом вирма посреди скал Шеула.

С лица Блэсфим сошли все краски. Её внутренний врач был просто в ужасе от совершенного Ревенантом убийства.

Он налил ещё рюмку.

- Как я уже говорил, моя работа заключалась в охоте на вирмов и других неугодных существ.