Сам «Архангел» тоже уцелел. Хоть и значительно пострадал во время сражения. Самоходные мастерские и ремонтные корабли, прибывшие после окончания сражения, помогли восстановить самые критические системы и работоспособность первого реактора и двигателя. После чего крейсера Сорок Четвертой эскадры были отправлены обратно в систему Фарон на базу флота «Сиракузы» для ремонта и отдыха. На некоторое время Седьмой флот приостановил боевые операции для того, чтобы восстановится после столь тяжёлого сражения.

И вот, две недели спустя, капитаны всех шести крейсеров, их старшие помощники и другие офицеры сидели в небольшом ресторане и праздновали.

Том сидел за столиком, наблюдая за тем, как веселились люди вокруг него. Естественно, особо надираться в дрызг никто не собирался, да и «офицерская честь» не позволила бы им такого. Люди просто хотели отдохнуть и расслабится. И почтить память тех, кто не вернулся из этого похода.

Оглядывая зал ресторана и потягивая пиво из бутылки, Том подмечал мелкие детали, скрывающиеся за общей суетой. Вот командиры «Гавриила» и «Михаила», Реми Шарль и Лидия Гальего сидели за одним столиком и что-то оживленно обсуждали.

За соседним столиком рядом с ними развалилась Сара и её старшие пилоты. Их ладони мелькали над столами, повторяя манёвры ботов во время последнего сражения. Кто-то даже что-то рисовал прямо на поверхности стола, обмакнув палец в кружку с пивом.

Недалеко от них стояли Дэнниэль Нерроуз, Серебряков и Масатоми Кимура, капитан крейсера «Гневный». Втроём, держа в руках свои напитки, они на спор метали дротики в голографическую мишень на стене.

За столиком справа от Тома гордо восседал Майкл Сорено, в красках в очередной раз рассказывая об отражении ракетной атаки РПП со станций старшим тактическим офицерам с других кораблей.

Карен Ламберг и Виктория Райс. Старшие помощники с «Архангела» и «Галифакса» Нерроуза улыбались и о чём-то тихо шептались между собой, держа в своих пальцах бокалы с вином.

Периодически, с разных сторон, до Тома доносились взрывы весёлого смеха и обрывки разговоров, пробивающиеся через общий шум и гам. Райн будто оказался в центре всего этого вихря, наблюдая за весельем своих людей со стороны. Он сидел за столиком в одиночестве и пил пиво, наслаждаясь спокойствием и безопасностью.

Это было даже забавно. Ведь раньше он обязательно присоединился к одной из этих «групп». Болтал бы с одними. Играл бы на спор с другими. Обсуждал бы что-то с третьими. Но теперь он просто сидел в одиночестве и наслаждался тем, что его товарищи… Нет! Его подчинённые, все были тут и отдыхали вместе с ним. И в тоже самое время, Том словно наблюдал за всеми со стороны. Будто тот факт, что он командовал всеми этими людьми неким мистическим образом вывел его за скобки привычного общения. Любопытная мысль, о которой он никогда ранее не задумывался.

Том посидел ещё немного, пока единственная бутылка пива, к которой он сегодня прикоснулся не опустела и поднялся из-за стола.

— Нет, Том! Ты представляешь?!

Через толпу к вставшему на ноги Райну прорвался Дэнниэль.

— Ни единой царапины! — возмущался он. — Вообще! Ни одного попадания, можешь себе представить?!

— Ты опять о «Вобане»? — рассмеялся Том.

— Ага. Это просто чёрное колдовство какое-то. Его корабль не получил ни одного удара. Просто гребаная мистика. Я смотрел записи. Ракеты будто вообще не видели его крейсер. А единственный корвет, что попытался ударить по нему лазерами промахнулся! Промахнулся, Том! Это просто бред какой-то.

Райн бросил взгляд на стоявшего рядом с Кимурой Дмитрия.

Капитан теперь уже официально прозванного в Седьмом флоте «Счастливчика Вобана» имел полное право гордится своим кораблём и его экипажем.