— Сэр, вызов с флагмана.

— Выведите на мой дисплей, — быстро приказал Том.

Через несколько секунд на экране появилось лицо его отца. Райн подобрался в кресле глядя на решительное лицо на дисплее.

Том прекрасно знал о том, что скажет его отец ещё до того, как тот начал говорить.

— Мы продолжаем действовать по плану «Альфа», коммандер. Основное соединение отвлечёт на себя главные силы обороны, а вы займитесь станцией. Мы запустим беспилотные сенсорные платформы, но скорее всего тяжёлые корабли уже выступили в нашу сторону. Рейнцы, вероятно, сейчас стягивают лёгкие силы для обороны станции. Так что лёгкой прогулки, к сожалению, не получится.

— Мы справимся, адмирал.

Виктор усмехнулся и кивнул.

— Ни минуты не сомневался в вас и в ваших людях, коммандер. Действуйте.

Дисплей погас, а картинка на нём вновь приобрела вид тактической карты.

Это была сложная ситуация. Силы охранения оказались более крупными, нежели ожидала разведка, но отступать было нельзя. Скорее всего уже через пятнадцать минут после того, как корабли верденского флота совершили гиперпереход, в прыжок ушёл курьер. Крохотный кораблик прыгнул в гиперпространство, неся сообщение о нападении на охраняющий систему гарнизон. И скорее всего он был не один. Ближайшими точками, где в данный момент находились рейнские силы, были остальные Узловые системы. А значит и курьеров было несколько. Пара для того, чтобы предупредить силы охраняющие Лаконию и Бедергар. И ещё один на ближайшую базу рейнского флота.

А в окружающем пространстве было лишь одно место, где концентрация рейнских кораблей была достаточно велика для того, чтобы оттуда могли выделить подкрепления. Система Валетрия.

Механические пальцы протеза левой руки сжались с такой силой, что находись в них яблоко, оно бы моментально лопнуло, раздавленное механизмами. Одна только мысль об этой системе и том, что там произошло, вновь возвращала Райна назад в прошлое.

Даже если они сейчас решат не рисковать и отступят, их появление здесь и в остальных системах — прецедент. Раз сунулись единожды, то значит сунуться снова. И тогда рейнцы уже подготовятся куда, как более основательно. Но дело было даже не в этом.

Те силы, что сейчас двигались навстречу дредноутам Седьмого — слабее. Объективно слабее. Это понял бы любой офицер по данным излучения двигателей. Рейнские силы располагались за пределами действия датчиков Черенкова, но только слабоумный не примет в расчет сенсорные массивы, стерегущие внешний периметр системы.

Поэтому было так важно продолжить операцию. Если они сейчас отступят, то в дальнейшем могут натолкнутся на куда более сильную оборону. И в следующий раз перевес может оказаться не на стороне Верденского флота.

Особенно с учётом того, что из себя представляли «Монархи». Новые дредноуты хорошо показали себя в первом сражении с рейнским флотом, но то был удар исподтишка. Неожиданная атака. Сейчас же это было прямое столкновение. Нос к носу. Противники выстраивались друг перед другом, как шеренги линейной пехоты девятнадцатого века. Сражение стенка на стенку.

При таком раскладе Рейнцы не подпустят верденские дредноуты на дистанцию работы энергетической артиллерии. Разве что только в том случае, если не решатся на самоубийственную атаку, как сделали верденцы при Нормандии. А значит, это будет классический ракетный бой. Всё, как по учебнику. Это будет проверка. Настоящее испытание для только что образованного Седьмого флота. Проверка кровью и огнём. Они должны доказать, что могут побеждать. Что могут бить врага в честном бою. Сражаться с ним на равных. Доказать это ему. И в первую очередь доказать это самим себе.

Отступать никто не станет. Не здесь, ни в других системах. Разве что, превосходство рейнцев в силах будет более существенным. Всё же никто не собирался допускать потери кораблей в бессмысленных схватках.