Заподозрить неладное можно было ещё на подходе. В отличии от большинства подобных мест, рядом с «Тиберией» было на удивление чисто и малолюдно. Местные словно обходили это место стороной, практически не задерживаясь у входа и расположенных на широких окнах вывесках своих взглядов. Вокруг не было видно обычного контингента, привычного для подобных баров, а на входе, стоял плечистый охранник, который был как минимум вдвое крупнее самого Блаумана.

Когда Риваль подошёл ко входу, охранник лишь скользнул взглядом по его лицу и коротко кивнул, сохранив на лице бесстрастное и холодное выражение. Его уже знали в лицо, а потому позволили беспрепятственно пройти внутрь. Двоих молодых людей за его спиной, уже явно выпивших и искавших заведение, где они могли продолжить веселиться, вежливо, но твёрдо завернули прочь. Их пьяные, возмущенные голоса ещё пару секунд доносились до Блаумана, пока он проходил через стоявший внутри сканер, что также было обязательным условием для всех, кто посещал заведение.

Центральный зал «Тиберии» был частично разделён на две половины длинной барной стойкой, за которой работало сразу трое барменов. Вокруг стояло большое количество столиков с удобными на вид стульями. Сейчас время уже было вечернее, поэтому большая часть из них была заполнена. Но, несмотря на это, внутри была спокойная и тихая обстановка, какую совсем не ожидаешь увидеть в баре после окончания рабочего дня. Сидящие за столиками люди пили кофе, пиво или же другие напитки, запивая ими простую, но явно вкусную еду, приготовленную на местной кухне. В воздухе звучали тихие и спокойные джазовые мелодии, доносившиеся из скрытых от глаз динамиков.

И у каждого из присутствующих было с собой оружие.

Подобное было трудно себе представить, особенно в последнее время, когда после начала войны с Рейнским Протекторатом и случившегося теракта во Франксе, во время которого погиб Дэвид Остерленд, были ужесточены законы по обороту гражданского оружия.

Но ответ на эту загадку был прост. Ни один из присутствующих в заведении посетителей не был простым гражданским. Все они относились либо к городской службе безопасности, либо к сотрудникам Шестого специального отдела министерства внутренних дел, чья штаб-квартира располагалась всего в нескольких сотнях метрах отсюда, в одной из возвышающихся над поверхностью планеты башен.

Заметив Риваля, один из барменов движением головы указал в сторону дверей в дальней части бара. Блауман благодарно кивнул в ответ и прошёл в указанном направлении.

Когда он открыл дверь, сидящий за единственным столом в помещении мужчина поднял глаза от лежавшего на столе планшета.

— Опаздываешь, Риваль.

— Простите, мистер Эйхарт, — извинился Блауман, — задержался.

— Садись. Хочешь что-нибудь выпить, — предложил ему начальник Шестого отдела МВД, указав на свой собственный бокал, доверху заполненный колотым льдом и бурбоном.

— Нет. Может быть позже.

— Хорошо.

Ричард Эйхарт дождался, пока его гость сел за стол и развернул к нему планшет.

— Я ещё раз проверил все медицинские карты Алексея Лазарева, — начал он. — Там практически ничего об этом нет, но моим ребятам удалось взломать удалённый сервер, на котором хранилась карта, составленная его психологом. У него действительно была острая форма Акрофобии. Проще говоря...

— Боязнь высоты, — кивнул Риваль, — да я знаю, что это такое.

— Если бы Лазарев захотел покончить с собой, то он бы никогда не сбросился с крыши.

— Тогда почему этих данных не было во врачебных картах, — Блауман притянул к себе планшет и принялся перечитывать заключение психолога.

— Понятия не имею, — пожал плечами Эйхарт.