— Да-а-а, — Мэннинг выглядел потрясенным. — Вот так история. Значит, смерть Дэвида и всё это...

— Как-то связанно, — кивнул Риваль. — Просто мы пока не знаем, как именно.

— И, по-твоему, эта учёная из Лиги может быть как-то ко всему этому причастна.

— Возможно, — Риваль пожал плечами. — Если честно, то я уже вообще ничего не понимаю. Всё это настолько запутанно, что я даже не знаю, за какой конец хвататься для того, чтобы распутать этот чёртов клубок. Сам же видишь.

— Ну, как минимум одна верёвочка у вас есть, — намекнул Лестер на лишенного сознания связанного боевика, который теперь был надёжно заперт в одном из помещений этажом ниже. — Можно начать с него.

Риваль скривился.

— Лестер, я бы не хотел тебя во всё это впутывать. Ты и сам видишь. Люди, связанные с этой историей, мрут, как мухи. А мы даже не можем понять причин.

Выслушав его Мэннинг расхохотался.

— Парень, посмотри на меня. Моя компания на нуле. У нас не осталось ни средств для деятельности ни людей. Флот забрал мои лучшие кадры. А правительство отозвало лицензии.

Риваль удивленно моргнул.

— Я об этом не знал, Лестер. Всё настолько плохо?

— Паршиво, что уж там говорить. Из-за этого мы не можем получать нормальные контракты. Хуже того, кто-то решил разобраться в том, как мы получали военные корабли. Мои адвокаты уже четыре месяца мотаются по судам тут и на Галахде, пытаясь доказать, что они были приобретены на законных основаниях, но нас просто душат судебными издержками.

Блауман покачал головой.

— Адмирал Остерленд всегда говорил, что обращаясь в суд...

— Ты берёшь волка за уши, — закончил за него Лестер и улыбнулся. — Да, теперь я понимаю, что Дэвид имел в виду. Нас вроде ещё не укусили, но сил держать волчью пасть от горла уже почти что не осталось. Скорее всего всё кончится тем, что корабли будут конфискованы. Они и так почти все стоят на приколе на одной из станций. А без кораблей мои люди не могут работать. Так что те, кто ещё остались после начала войны, сейчас, по большей части, тоже уже разбежались.

Риваль даже губу прикусил от расстройства. Он и не представлял, на сколько всё плохо было у Мэннинга. Поглощенный событиями в столице и войной, он даже и не думал, чтобы разузнать, как у него дела.

Но сейчас, как бы печально это не прозвучало, это было уже не так важно.

— Ладно, — Лестер поднялся из-своего кресла. — Пойду, познакомлюсь с твоими ребятами и вашим подранком. Откуда, кстати, твои сопровождающие?

— Шестой отдел МВД, — Риваль рассмеялся, увидев выражение на лице Мэннинга.

— РУФ и Шестой же друг друга терпеть не могут, — удивился Лестер.

— Ну, как оказалось Ричард Эйхарт, их нынешний начальник, оказался очень даже неплохим мужиком, с которым приятно работать.

— Ладно, сходи пока проведай эту девку из Лиги, а я пока придумаю, как нам будет лучше потолковать с нашим гостем.

Когда Риваль открыл дверь, Линфен стояла перед зеркалом, рассматривая, как на её фигуре сидела новая одежда, выданная взамен испорченного в крови платья. Простая серая футболка и тканевые штаны с мягкими тапочками. Мимоходом Риваль отметил, что эти простые тряпки нисколько не уменьшили её женственности или же достоинств скрытой под тканью фигуры. Длинные чёрные волосы, до этого стянутые в пучок, теперь свободно ниспадали на плечи.

— Прошу прощения.