Робин отказалась присоединиться к ним после ланча. Шон и Ивен молча шли по тропинке к ручейному семейству. Вряд ли ловушка уже сработала, но они решили постоять поодаль и понаблюдать.

Они прошли примерно полпути до ручья, когда над их головами прозвучала внезапная трель. Их слух был так натаскан на эти звуки, что они тут же молча остановились и посмотрели вверх. Медный эльф сидел на ветке всего в двух ярдах над их головами.

– Это слишком далеко от найденного нами семейства, – шепнул Ивен. – Как ты думаешь, это один из наших?

Она улыбнулась его словам: «Один из наших». Как будто они уже овладели этими дикими существами.

Эльф вдруг повернулся и перепрыгнул на ветку соседнего дерева.

– Побегу за ним. – Шон передала свой рюкзак и складной стул Ивену и пустилась вслед за эльфом, вспомнив первый день своего пребывания здесь, когда она нашла гнездовье ручейного семейства. Но тут был только один эльф, крохотная медная точка в листве, и ей нелегко было держать его в поле зрения. Она подбежала к поваленному дереву, которое преграждало ей путь, и быстро сообразила, что перескочить через него быстрее, чем бежать в обход. Взобралась на него, оцарапав корой лодыжку, и встала. Прямо под ней простирался довольно большой участок леса, поросший высокой травой, соседний же участок был подозрительно влажным, возможно, заболоченным. Ее ноги и так уже промокли, когда она помогала Робин перебираться через ручей сегодня утром. Лишнее купание ей уже не повредит. Она увидела, как эльф перескакивает с ветки на ветку прямо над болотцем, дразня ее, и она устремилась вперед. Острая боль пронзила ее ноги. Она вскрикнула, провела рукой по бедру и с ужасом заметила, как трава прорезает кожу ее запястья. Она отдернула руку. Это потребовало некоторого усилия. Трава удерживала ее, как приклеенная, и оставляла длинные красные порезы от локтя до кисти.

– Ивен! – позвала она. – Я попала в заросли травы-бритвы.

Через минуту Ивен уже стоял на поваленном дереве.

– Боже! – воскликнул он. – Ты прыгнула прямо в эти заросли.

Она попыталась скрыть свое беспокойство. – Я идиотка, и я признаю это. А теперь помоги мне выбраться.

Он сел на корточки на стволе дерева.

– Ты не идиотка, – прошептал он. Он вытянул руку и погладил ее плечо с такой нежностью, что ей пришлось отвернуться, чтобы скрыть переполнявшие ее чувства. – У тебя было только одно на уме, и это был эльф. – Он снова встал. – Подойди поближе, чтобы я мог тебя вытащить.

Шон стиснула зубы и заставила себя сделать два шага, отделявшие ее от дерева, чувствуя, как трава режет кожу на ее ногах.

Ивен нагнулся, и она обхватила руками его шею. Он вытащил ее из зарослей, и трава напоследок провела своим бритвенным языком по ее ногам. Ивен усадил ее на дерево, Шон вытянула перед собой ноги и осмотрела повреждения. Кожа была исчерчена во всех направлениях красными кровяными струйками. Ивен дотронулся до одной из них.

– Ранки неглубокие, – отметил он. – Они быстро заживут. Больно?

– Не слишком. Немного жжет.

– Тебе лучше не купаться, пока они не заживут. Пираньи будут в восторге. – Он встал во весь рост. – Я ненавижу напоминать о таких вещах, но ведь я предупреждал тебя, что в лес нужно надевать длинные брюки, потому что…

– Раз ненавидишь, то и не напоминал бы. Он улыбнулся и снова сел на дерево.