– Конечно. Младший из пары шел за мной по пятам. Видимо, как и вы, срисовал меня у поезда. К сожалению, был не сдержан и в одном укромном местечке достал револьвер. Этот, – Федор продемонстрировал оружие, вытащив рукоятью вперед, чтоб не нервировать офицеров.

– Он пытался вас застрелить? Только из-за того, что вы обратили внимание у вагона на мадемуазель Жюли? Простите за откровенность, если разбираться со всеми, кто на нее засматривается, пришлось бы повторить битву на Марне!

– Мерси, месье Робер, – проворковала Юлия.

– Быть может, он не стал бы сразу стрелять, предпочитая для начала задать пару вопросов. Но я решил не искушать судьбу.

– Где тело? – деловито уточнил Бонье.

– Отдыхает в одном кафе неподалеку. В угольном мешке, заваленном другими мешками. Пока не начнет разлагаться, вряд ли обнаружат. Бумажник я забрал и выбросил. Паспорт французский, руку на отсечение – липовый.

– Грубая работа, – резюмировал суб-лейтенант. Судя по решительному виду, он имел достаточный опыт действий в подобных ситуациях. – Всегда находят раньше, чем хотелось бы. Где второй?

– Тот отправился за вами и увлеченно читает газету в холле, за колонной. Откуда прекрасно видно, кто заходит в отель через главный вход и выходит. Мне пришлось красться через кухню.

Офицеры переглянулись.

– Месье Петр! – подключилась Соколова. – Попрошу вас вместе с суб-лейтенантом спуститься в холл. Сможете, не привлекая внимания, показать ему того агента?

– Естественно. Дорогая! Мы не виделись три недели! Выдержим еще десять минут расставания.

– Конечно… Я намеревалась сегодня же ехать в банк, не злоупотребляя услугами двух благородных офицеров по охране наших денег.

– «Наших денег»! Твоя девушка – не промах, – весело прокомментировал Друг.

Федору было не до его шуток.

– Ты совершенно права, душа моя. Но только Гельмут, так зовут шпика в холле, не должен проследить за нами. Я смог подслушать очень небольшой фрагмент их разговора. Они собирались вечером встречаться на конспиративной квартире и устанавливать связь с бернской резидентурой германской разведки. Гельмут уже мог найти телефонный аппарат и сообщить, где вы поселились. Ни в коем случае он не должен передать своим, где открыт счет на имя Соколовой и что я действительно связан с тобой.

Инженер был явно встревожен шпионской составляющей поездки, как он ранее надеялся, исключительно научно-технической. Он замер в двери, ведущей в соседний номер и, не исключено, приготовился смыться туда спиной вперед. Двое оставшихся французов обменялись красноречивыми взглядами.

– Беру на себя, – заверил суб-лейтенант. – Месье Петр! Идемте же.

Спускались они по главной лестнице, широкой. Слетавший вперед Друг заверил: дислокация Гельмута не изменилась.

На втором этаже они вышли на балкон, откуда открывался вид на холл.

– Вижу, – сообщил Бонье, когда Федор указал на шпика. – Он действительно похож на одного из пассажиров третьего класса. Выйду в табачную лавку, рассмотрю его лучше. Советую вам вернуться в номер.

Федор не возражал и вернулся на третий этаж. Робер, услыхав, что его подчиненный взял след подобно борзой, предложил, не теряя времени, немедля ехать в банк: открытие счета и пересчет такой суммы займет больше часа. Юлия его поддержала. Она уже переоделась, сменив дорожный костюм на строгий деловой, тоже новый и тоже чрезвычайно шедший ей.

Брилье, естественно, предпочел остаться. Пока Робер ходил к телефонному аппарату, чтоб заказать таксомотор, Юлия улучила момент и сунула Федору конверт.