— Как так-то! — взвыл Крюк. — Да нас чеченцы на ленточки порежут. Босс! Ты пойми! Здесь нам Олег со своей ЧВК не помогут. У портовой группировки больше двухсот стволов. И это только цветочки. Этот бизнес с горючкой, на него половина ихней Республики подвязана. Здесь такие интересы замешаны. Даже если мы часть их бойцов перебьём, то они с гор столько солдат подтянут, сколько надо. Нам же со всей их независимой Республикой воевать придётся.

— Не ной! — оборвал Крюка Китаец.

— Степан прав! — неожиданно твёрдо возразил Тимофей, сам удивляясь своей смелости. — Нам трындец. Против чехов нам не выстоять. Только ребят зря положим.

— Ты вот скажи Тимофей Пахомыч, — Вкрадчиво поинтересовался Китаец. — Если портовские на наш развлекательный комплекс наедут, то по понятиям мы будем в своём праве, если дадим им ответку.

— И что? Нам от этого легче, что ли? — не врубился Тимоха. — Ну зачем?! Зачем тебе это казино и торгово-развлекательный центр? — простонал Тимофей.

— Да не особо и нужны, — легко согласился Китаец. — Просто повод нужен. А то невежливо как-то сразу по морде. Надо же сначала попросить закурить, — вроде как пошутил он.

— Но зачем, Босс? — потрясённо пробормотал Крюк.

— Казино мне действительно не особенно нужно. А вот морской порт нужен. И я, его получу! — решительно произнёс Китаец.

Глава 13

О политике, деньгах и немного о женском счастье

Во многой мудрости много печали…

Ксения Москвина. Домохозяйка

Итак, теперь я больше не домохозяйка, а ответственный работник финансовой империи и занимаюсь вопросами финансирования выборов, в которых участвует наша партия «Обычные люди». Главная предвыборная компания, которая нас ожидает — это выборы в Госдуму. Оцените масштабность задачи. И вот на этом фоне я вынуждена лично заниматься такой ерундой, как внеочередные выборы мэра и Совета депутатов какого-то небольшого провинциального городка. Ерунда какая-то. Сначала я подумала, что шеф просто хочет проверить, не утратила ли я свою хватку за то время, пока наслаждалась статусом домохозяйки и иллюзией крепкой, дружной семьи. Но чем дальше я погружалась в волны этой мутной реки, тем явственней понимала, что не всё здесь так просто, как мне показалось на первый взгляд.

Законы о выборах существенно ограничивают сумму расходов, которую может потратить кандидат или партия на предвыборную компанию. Но, естественно, все эти ограничения не соблюдают. Основная часть расходов идёт чёрным налом. По документам сумма одна, а по факту в разы больше. Обычно на это закрывают глаза. Ну, собрали вы людей на митинг или на встречу с кандидатом, заплатив каждому участнику, скажем, по пятьсот рублей. Кто проверит? Может, люди просто проявляют свою гражданскую активность. А уж артистам, писакам и рекламщикам, сам бог велел. Это обычная схема финансирования предвыборных компаний. Но обычно всё же стараются придерживаться определённых рамок. Мы же плевали на всё и на всех.

Мы не просто финансировали выборы, не просто вели предвыборную агитацию и уверенно шли к безоговорочной победе. Мы покупали. Покупали эти выборы, людей, артистов, организации, прессу, телевидение. Даже не так. Мы скупали этот город на корню, вместе со всеми его потрохами. На деньги, которые мы тратили направо и налево, можно было купить какой-нибудь тропический остров вместе со всеми его жителями.

Разумеется, в соответствии с законодательством о выборах официально бюджет избирательной компании был весьма ограниченным. Большая часть денег шла чёрным налом или анонимными переводами на счета на предъявителя.

Не менее странным были источники, из которых поступали эти неучтённые средства.