И надо же, эта хитрая сволочь Себастьян оказался знаком со многими из этих знаменитых людей. Сначала я думала, что это просто хвастовство. Знаете, как многие наши российские завсегдатаи тусовок утверждают, что знакомы с той или иной звездой, но вот только звезда ничего не знает об этом знакомстве и смотрит на враля как на пустое место. Нет. Здесь было всё иначе. Когда мы позже в кулуарах мероприятия сталкивались с этими знаменитостями лицом к лицу, они узнавали Себастьяна, улыбались и о чём-то с ним болтали. Я впервые почувствовала, что он действительно довольно известен в великосветской мировой тусовке.

Но всему хорошему почему-то всегда приходит конец. Это какое-нибудь дерьмо никогда не кончается. А здесь раз, и мимолётный момент, когда тебе было по-настоящему хорошо, уже в прошлом. Так и наша иллюзия романтического отдыха разлетелась вдребезги под ударами суровой реальности в лице международного негодяя Хусейна аль-Махди. К сожалению, мы сюда не отдыхать приехали. Сука! А так было хорошо.

Через день мы сопровождали Себастьяна на благотворительный турнир по покеру в пользу престарелых звёзд киноиндустрии. Началось всё после обеда. Себастьян, будучи главной звездой благотворительного шоу, уверенно двигался к победе в турнире, разрывая своих соперников в клочья. Нам осточертело скучать, наблюдая за игрой, и мы с Джулией отправились посидеть в одном из баров, чтобы развеяться. Тут нас и застали посланцы принца. Они были вежливы, но настойчивы.

Переговоры вела Джулия, как более опытная в таких делах. К тому же в отличие от меня, английским языком на котором шли переговоры, она владела просто идеально. Когда я услышала, какие суммы собираются нам заплатить за круиз с принцем, я просто обалдела. А вот интересно, награды, звание и квартиру мы с генералом по итогам операции оговорили. А деньги? Позволит мне их оставить родная Контора или изымет в пользу государства? Джулия что-то деловито журчала, а я невинно хлопала ресницами и улыбалась. Наконец, высокие договаривающиеся стороны пришли к соглашению.

Конечно, мы ожидали, что служба безопасности принца будет придерживаться очень жёстких правил безопасности. Но что у нас должны будут изъять не только мобильные телефоны, но и всю обувь и одежду, для меня явилось крайне неприятной неожиданностью. Хотя Джулия и глазом не моргнула. Интересно, как она собирается снимать компрометирующие кадры на Хусейна аль-Махди. Ведь она считает, что именно с такой целью нас и послали к этому придурку. Вероятно, она решила, что раз все вещи изъяли, то на поручение Конторы можно наплевать. Не её вина, что разработчики операции не предусмотрели этот момент. Меня она считает начинающей девочкой для интимных услуг, выбранной только из-за сходства с ней, чтобы изображать сестёр-двойняшек. Дура даже не подозревает, что я боевой офицер и задание у нас, мягко говоря, не стольбезобидное. Если бы знала, зачем нас послали, то наверняка бы обделалась от страха.

Перед тем как отправиться с нашими сопровождающими, мы попросились в дамскую комнату. Арабы возражали, но мы упёрлись, и им ничего не оставалось делать, как согласиться. Правда, телефоны они у нас сразу отобрали, а сами остались дежурить у дверей дамской уборной.

Мы деловито разошлись с Джулией по кабинкам и занялись каждая своим делом. Мне было слышно, как эта безмозглая кукла журчала, освобождаясь от излишней жидкости. Я уселась на унитаз и достала из сумочки, упакованную в стандартную упаковку вагинальную свечу для профилактики молочницы.

И вот тут-то, вся моя сосредоточенность разлетелась вдребезги. Не помогала никакая спецподготовка. Руки тряслись. Специзделие гениев Конторы, смертельный нейротоксин от которого нет противоядия. Генерал гарантировал, что в секретной спецклинике нас вылечат. Существует особая методика, основанная на переливании крови с особыми добавками, известная только самим разработчикам нейротоксина.