-Ты куда? – выглянула Женька из комнаты, услышав мое шебуршание в коридоре.

-На тусу – сейчас начнется, Женька заноет, что хочет со мной.

-А, понятно, ну хорошего тебе вечера – я оглохла? Или у меня галлюцинации? Не может быть, чтобы она такое сказала!

-Жень, ты не собираешься проситься со мной? – застыв в руках с так и не зашнурованным кроссовкам, спросила я.

-Не-а, ты сегодня такая страшная, что никто и близко не подойдет, а чего мне тогда переться с тобой? Ты ведь меня одну ни на секунду не оставишь – протараторила она и быстро закрыла дверь, видимо, поняв, что сейчас огребет по первое число.

-Зараза!

На мой крик души она не откликнулась, я же со вздохом вынуждена была признать, что Так сильно даже зеркало врать не способно. Все мои синяки стали красивого зеленовато – желтого оттенка, а места, где была ранки покрылись бордовыми коростами, может на Хэллоуине я бы и смотрелась замечательно, в качестве невесты Франкенштейна, но в обычной обстановке я напоминала потрепанный кусок сыра с плесенью. Ну и ладно! В конце концов, я не на мед осмотр иду, а на вечеринку, где всем плевать на то, как я выгляжу, народ привык.

-Лицо попроще сделай – посоветовал Давид, который уже ждал меня у подъезда.

-Не могу, я вдруг осознала, что выгляжу ужасно – призналась ныряя в салон его Х-6, папа – нефтяник – это круто, для справки: я не завидую.

-Вдруг? Лично я тебе сказал это уже раз десять. А ты только осознала? Неисправимая оптимистка – да здравствует мистер – сарказм.

-Вот не надо мне тут твоей остроумности, оттачивай ее на своих телках – по привычки буркнула я.

-А чего злая такая? Критические дни? – о, должно быть, он хотел пошутить?

Я не ответила и вообще отвернулась глядя в темное окно.

-Что, правда? – Давид, друг еще называется, заухмылялся.

-Кончай стебаться!

-Я и не начинал. Погоди... Так вот кому Охотник прокладки покупал!

-А ты откуда знаешь? – выпучила я глаза на друга.

-Милка, из нашей группы его в магазине запалила. Долго от шока отойти не могла. А так, все встает на свои места. Кому бы еще мог Охотник такую услугу оказать – заржал совсем уж по свински Давид.

-Ты на что это намекаешь?! – прищурилась я.

-А я и не намекаю. Прямым текстом говорю, что только ты можешь заставить нормального мужика пойти на такие безумства. Чем ты ему угрожала?

-Ничем – пожала я плечами – просто попросила.

-О, это даже страшней угроз, учитывая то, как ты умеешь просить – ну вот, опять двадцать пять, я ничего не сделала, а Давид уже выставил Охотникова агнцем божьим, а меня дьяволом в истинном обличье.

-Да почему все считают, что я – абсолютное зло, а Охотников моя жертва? – возмутилась я.

-Дай-ка подумать? – показушно, остановившись на светофоре, потер подбородок Давид – наверное, потому, что ты его избила перед всем универом?

-Ненавижу тебя!

-Да, ладно, зато перестала строить зверские рожи.

Ага, так вот чего Давид на мне отрывается, хочет отвлечь от больной темы: “я сегодня страшная”. Что ж, у него получилось, теперь я от грусти о своей утраченной красоте, перешла к злости на хамло по ошибке затесавшееся ко мне в лучшие друзья.

-Дав, а чего ты вообще решил пойти на эту тусу? Вы же с Руставелли как кошка с собакой. Периодически лаетесь после того, как в сентябре Милку не поделили – вспомнила я интересный факт.