— Это всё или было что-то ещё? — я только открыла рот, чтобы рассказать о красавчике, как в комнату вошёл Шурик. — Твой Цербер бдит? — догадалась она по моему молчанию.

— Угу, — промычала в трубку, посмотрев на жениха, который всячески намекал на то, чтобы я заканчивала разговор.

— Точно не хочешь прошвырнуться?

— Только не сегодня.

— Если вдруг передумаешь, перезвони, — огорчённо вздохнула она.

— Договорились, — я нажала на отбой звонка.

Едва положила в сторону телефон, как встретилась с недовольным взглядом Шурика. Впрочем, после разговоров с Ольгой так было всегда.

— Ариша, тебе стоит поменьше с ней общаться, — ляпнул он, явно не подумав.

— Это ещё почему? — возмутилась я.

Что-то Шурик начал переходить все допустимые границы! Внутри медленно поднималась злость. Будет он ещё решать, с кем мне общаться, а с кем нет!

— Она плохо на тебя влияет, — с долей опасения изрёк жених, когда осознал, что может разразиться буря.

— Лёля — моя единственная подруга. И хочу напомнить тебе — познакомились мы с тобой только благодаря ей, — я немного повысила тон.

— На этом её благие намерения в отношении меня и закончились, — раздражённо отозвался он.

— Саша, тебя послушать, так мне нужно бросить работу, сесть дома и носа на улицу без тебя не высовывать. А если и выходить, то только в парандже.

— Было бы просто замечательно, — с улыбкой на губах вымолвил Шурик, скорее всего, представив описанную мной картину.

— Собственник! — не сдержалась я и бросила в него вторую подушку, на этот раз попав.

— Подъём, соня, тебя ждёт твоя любимая «Пепперони», — его лицо перекосило, а мой рот наполнился слюной, едва представила острую, жгучую колбасу и тягучий сыр. Этих слов оказалось достаточно, чтобы я вскочила с кровати и понеслась в ванную комнату. — Как ты можешь есть эту гадость? — донеслось мне в спину, но я проигнорировала вопрос.

Толку с ним спорить? Всё равно каждый из нас останется при своём мнении, только зря воздух сотрясать будем.

Даже после того, как я умылась, причесалась и переоделась в домашнюю одежду, мне не удалось добраться до пиццы — позвонила мама и взяла с меня обещание приехать к ней в гости с ночёвкой в следующую субботу. Она тактично не стала спрашивать о поездке, возможно, предполагала, что мне и самой захочется поделиться впечатлениями, а у меня на то не было никакого желания.

* * *

Выходные пронеслись быстро, и судный день всё же настал.

Ровно в шесть часов в понедельник зазвонил будильник. Я заставила себя кое-как сползти с кровати, умыться и облачиться в чёрный деловой костюм и белую блузку. Аппетита не было, поэтому обошлась чашкой кофе со сливками и шоколадной конфетой. С завистью взглянув на мирно спящего жениха, вышла из квартиры.

Дождливое утро омрачало и без того нерадостное настроение. Плотные серые тучи затянули небо, похоже, до самого вечера. Хмурый дождь будто намекал на грустный исход моей карьеры. По мере того, как я подходила к зданию, принадлежащему рекламному агентству «VPG», ноги отказывались идти. Несомненно, Роман Павлович потребует письменного отчёта о том, что случилось на презентации.

«И что писать? Интересно, ему уже доложено о происшествии? А вдруг еще нет? Значит, сперва следует разведать обстановку, а там и действовать по обстоятельствам? Может, пронесёт?»

Стоило толкнуть стеклянную дверь, как я застыла на месте. «А туда ли я попала?» Что-то было не так.