– Пока я вынужден черпать кадры из Театра киноактера. Мне так проще, хотя это ограничивает выбор потенциальных героев. Но я знаю этих людей и видел их в десятках спектаклей. По Агаповой решение окончательное и обсуждать его не хочу. И нам нужна не буфетчица.

– У тебя что-то случилось? А то прямо полыхаешь эмоциями, – включился в разговор Ринат.

Ага, побежал я вам рассказывать, что у меня происходит в жизни. Только это ни в коей мере не влияет на выбор главной героини. Не заявлять же коллективу, что я художник и так вижу? Хотя именно так складывается ситуация. Мне нужна дама нестандартной внешности, слегка за сорок. Мордюкова сейчас нарасхват, и вообще – я нынешний ее не знаю. А Нина Федоровна сразу чем-то зацепила. Хотя ничего странного здесь нет. Кто видел ее на сцене, сразу поймет мой выбор.

– Все хорошо. Просто не рассматриваю другой актрисы на эту роль, и все. В любом случае пробы мы проведем, даже Серова этого не избежит. Но свое мнение я не изменю.

– Валентину Васильевну ты видишь в роли матери главной героини? Почему не героя?

Далее народ погрузился в обсуждение оставшихся ролей и схемы съемок. Я решил не мудрить и ограничиться минимумом натурных кадров, которые можно сделать в первой части съемок. Основная наша проблема – время. Благо что снимать будем в Москве, и даже не придется подстраиваться под график актеров.

* * *

– Может, ты и Спиллейна читала?

– А чего нет? Я тебе деревня, что ли?

Намедни начал писать сценарий первого советского сериала и понял, что нужна база. Ну, вот не могу я тягать из головы образы и прочие картинки. Лучше всего опираться на уже готовый роман. Поэтому подтянул к обсуждению нашу будущую звезду белорусской литературы. Как оказалось, мамзель Пузик не только писала, но и много читала, в том числе самиздат. Для меня стало шоком, что старого антисоветчика Микки знают в СССР этого времени.

Но дело не в этом. У нас стоит задача написать сценарий к фильму о послевоенной борьбе с бандами. Воровать идею Вайнеров и Говорухина мне даже в голову не приходило. Речь шла о комсомольце, вернувшемся с войны и поступившем на службу в милицию. Я решил обозначить все события послевоенной страны. Сериал может понравиться зрителям, заодно будет идеологически выверенным.

Оказывается, наша рыжая бобруйчанка глубоко погружена в мир детективов, и не только советских. На предложение начать писать цикл произведений на эту тему я получил жесткую отповедь. Чисто технически Оксана была подкована получше некоторых. Но принципиально не хотела следовать американской традиции детективного жанра. В итоге я вспомнил про неплохой рассказ «Тревожный месяц вересень» – хоть убей, не помню автора. Но сама атмосфера послевоенной Западной Украины была достаточно интересна и походила на фронтир. Можно было фантазировать и обыгрывать ситуацию в виде боевика а-ля вестерн.

Есть еще замечательный роман Тушкана про перековку сбившегося с пути московского парня. Тоже весьма актуальная и интересная тема, которую можно обыграть в плане работы милиции. Хотел привлечь к работе Георгия Павловича, но писатель уже умер. А ведь именно он пустил в народ понятие под названием карамультук. Шоком для меня стало, что оказывается, охотник Джура не таджик, а вполне себе киргиз. Даже фильм уже снят на «Киргизфильме». Оказывается, есть и такая киностудия.

Только Пузик сбила полет моей фантазии в самом начале. Мол, не позволят нам снять первый в СССР боевик и одновременно – сериал. Надо придумывать что-то про город, и вообще отказаться от стрельбы с прочими насилиями.

Я местным кадрам верю. Поэтому предложил более универсальный аналог главного героя. Как вариант – молодого комсомольца, рекрутированного в участковые или следователи.