– Ребят, я же не параноик, чтобы на каждую тень реагировать, как на опасность, – спокойно ответил Ричард. – Извините, мне нужно наведаться в больничное крыло.

– Что-то случилось? – с беспокойством посмотрел на товарища Гарри.

– Да какой-то ожог во время свистопляски заполучил, – беспечно произнёс Ричард. – Увидимся завтра на отработках.

Мадам Помфри мгновенно отреагировала на жалобу Гросвенора. Она не задавала никаких вопросов, а сразу приступила к обработке ожога зельями и мазями. Чем дольше она обрабатывала рану, тем сильнее хмурила брови. Воспаление не проходило. Она достала волшебную палочку и начала накладывать на руку Ричи различные заклинания.

– Темномагическое проклятье, – пробормотала себе под нос школьная целительница. – Милый, это кто же тебя так?

– Не знаю, мэм, – не моргнув глазом, соврал Ричард. – Я не обращал внимания на руку и ничего не чувствовал, пока не посмотрел время на часах и не обнаружил ожог. Лишь тогда ощутил жжение и боль.

– Мальчик, ты немедленно ляжешь и будешь пить все зелья, которые я тебя пропишу, – категоричным тоном заявила целительница.

– Хорошо, мадам Помфри, – сразу согласился Ричард. – Это надолго?

– Я буду наблюдать за тобой до самых каникул, – произнесла целительница.

– Спасибо, мэм.

Ричард был счастлив. Так он и здоровье мог поправить, и официально откосить от отработок. А чем себя занять он найдет. Столько книг еще не прочитано. Нужно лишь попросить Гермиону принести что-нибудь из библиотеки.

Стоило целительнице скрыться в своей комнате, как Ричи набрал номер Рона на магофоне.

– Да? – отозвался Уизли.

– Рон, я придумал отличный способ откосить от отработок.

– Какой? – с жаром спросил Рон.

– Нужно лечь в больничное крыло.

– Ты свихнулся?! – воскликнул Уизли. – Ричи, да я лучше час-два потрачу на протирание кубков в зале Наград, чем две недели буду валяться на больничной койке!

– Ну смотри, моё дело предложить. Я-то уже лежу, лечусь.

– Ричи, спасибо, но я уж как-нибудь без этого обойдусь, – ответил Рон. – Гарри со мной полностью согласен. Выздоравливай, – с иронией завершил он разговор.

Две недели пролетели, как одно мгновение. Ричард первое время переживал, но казалось, будто ничего не произошло. Директор и учителя не сказали студентам совершенно ничего о том, что профессор Квиррелл погиб. Не было никаких упоминаний о запретном коридоре. Не было авроров и представителей Министерства магии. Непонятно было, как избавились от тела преподавателя ЗОТИ. Складывалось такое ощущение, что Дамблдор решил скрыть смерть профессора ото всех.

Стоит заметить, что вид у директора после заседания МКМ был очень обеспокоенный. Он всё время ходил задумчивым и периодически, появляясь в Большом зале, теребил свою бороду.

Директору было о чем задуматься, а Ричарду было чему радоваться. Благодаря купленным голосам председателей МКМ на заседании удалось протащить международный закон об ослаблении статута секретности. Теперь Ричи спокойно на законных основаниях мог продавать обычным людям волшебные предметы, которые замаскированы под технику. Конечно, другим волшебникам подобное тоже доступно, но это мелочи.

Вечером последнего дня перед отправлением студентов по домам Ричарда выпустили из больничного крыла. На следующий день рано утром красный паровоз увёз юных магов в Лондон. Юный Граф за время пути успел поговорить со всеми знакомыми. Кого нужно из запримеченных старшекурсников, он завербовал для работы в Мастерской Гросвенора. Гарри и Рон совершенно не обиделись на Ричи за его, как они считали, хитрость.