– А встроить такой чип в микросхему реально?

– Да, Милорд, – ответила счастливая Челси. – Если, к примеру, взять кремний, приделать к нему ножки ввода-вывода и поместить в металлический корпус, то с виду получится вполне магловская микросхема, которую можно припаять к любой плате. Теоретически несколько десятков волшебников могут наколдовать и зачаровать куб размером сто кубометров. Из него получится создать миллиард квантовых чипов.

– Миллиард… – задумался Ричард. – Этого мало, мисс Честер. Если все чипы должны будут связаны между собой, то фактически они могут встраиваться в любой прибор. Нам нужно делать запас как минимум раз в десять больше.

– Ваше Сиятельство, мы с Биллом можем пересчитать на куб кремния размером тысячу кубометров. Это вполне достижимо.

– Действуйте, мисс Честер. Вы можете рассчитывать на солидную премию. И да, скажите, я верно понял, нам ведь понадобится магловский завод, на котором чипы будут доводить до кондиции?

– Да, к сожалению, в этом кроется недостаток нашей разработки, – с грустью подтвердила Челси.

– Не вижу особых недостатков, – возразил Гросвенор. – Подключите финансовый отдел. Пусть разработают бизнес-план, посчитают расходы на строительство фирмы по производству квантовых чипов. К концу лета мне нужно знать о себестоимости продукции, сколько мы сможем её производить в месяц, в год и какую сумму сможем выручить. Вас ожидает премия, и, судя по всему, подарок на свадьбу…

Спешл. Интерлюдия

Мир?77, посещённый Гермионой-два в этом учебном году.

Гарри Поттеру с утра не давала покоя мысль о Гермионе. Он давно уже махнул рукой на расспросы, как это ей удается посещать несколько занятий одновременно. Но когда они с Роном утром увидели расписание экзаменов, составленное Гермионой для самой себя, сдержаться было уже свыше их сил. У неё в некоторые дни было сразу по несколько занятий в одно и то же время.

На расспросы Рона Гермиона отмахнулась, словно для неё это в порядке вещей. А в итоге она перевела тему на свои учебники, которые якобы где-то забыла. Это было подозрительно, ведь, чтобы Гермиона забыла книги, мир должен был сойти с ума.

Потом пришла записка от Хагрида по поводу апелляции об отмене казни гиппогрифа по кличке Клювокрыл, и тема с расписанием Гермионы как-то забылась.

Затем экзамен по защите от темных искусств не дал думать о чём-то ином.

А после экзамена стало известно о приезде Фаджа в Хогвартс.

Гермиона оправилась сдавать экзамен по магловедению, а Рон с Гарри – прорицания. Во время экзамена Трелони произнесла пророчество, мысли о котором не отпускали Гарри.

Слова пророчества всё ещё звучали у него в голове, когда минут через пять он пробежал мимо троллей-охранников ко входу в свою башню. Навстречу ему спешили на волю гриффиндорцы, они смеялись и шутили, предвкушая долгожданный отдых. Гарри, сказав Даме пароль, протиснулся в гостиную. Там, кроме Рона и Гермионы, уже никого не было.

Друзья встретили его с потерянным видом и сообщили ужасную новость о казни гиппогрифа.

И тогда они решили пойти поддержать Хагрида. Только Гарри предложил Рону с Гермионой пойти вперёд, сам же метнулся в спальню за мантией-невидимкой, чтобы незамеченными пробраться к другу-полувеликану.

Догоняя друзей, Гарри внезапно заметил за поворотом знакомую макушку Гермионы. Он резко застопорился. Что-то показалось странным. Он сначала не понял, но вскоре осознал. Гермиона была не такой.

Минуту назад она была в мантии своего факультета, а сейчас на ней оказался черный обтягивающий костюм, напоминающий трико. При этом Гермиона словно специально забрела в крыло, в котором студенты и преподаватели почти никогда не появляются.