Он узнал ее, потому что босоножку, найденную на мосту, детально описывали в каждом сообщении прессы. Он выловил ее из воды с помощью проволочной вешалки; у него хватило соображения не трогать ее и немедленно сообщить полиции.

Дункан с Диди решили, что их обязанность — сообщить судье эту важную новость. Они легко дозвонились ему домой — он сидел там в окружении друзей и сторонников и под присмотром зоркой миссис Берри.

Она и открыла детективам дверь. Дункан попросил ее сообщить судье об их визите и о срочной необходимости переговорить с ним наедине. Она проводила их в кабинет, где две недели назад был застрелен Гэри Рэй Троттер. Дункан осмотрелся: след от пули на стене заделали, в остальном все было по-прежнему. Только на столе лежал нераспечатанный конверт.

Прибежал Като Лэрд. Он задыхался от волнения. Мрачные лица детективов заставили его замереть на месте. Он судорожно вгляделся в них, стараясь поймать хоть отдаленный намек на цель их визита, но спросить не решился.

— Насколько нам известно, — начал Дункан, чтобы немного его успокоить, — ваша жена жива. У нас нет новостей о ее местонахождении.

И он рассказал судье о находке.

— Где это? — Обычно бархатный голос судьи хрипел и срывался.

Дункан объяснил. Судья побледнел.

— Это же… где в прошлом году… тот рыбак, что свалился в реку с лодки…

Рыбака затянуло течением — собравшиеся на берегу люди ничем не смогли помочь. Тело исчезло и всплыло через несколько дней возле курортных доков.

— Это всего лишь босоножка, — мягко сказала Диди. — И то, что ее нашли в реке, необязательно значит, что миссис Лэрд ее в реке и потеряла.

Дункан прочистил горло. Трудно было выговаривать слова.

— И все же теперь поисково-спасательной операции присвоено другое название. Теперь это: поисковая операция.

Судья опустился на ближайший стул, лицо его сделалось пустым.

— Значит, они ищут ее тело.

Дункан молчал. Диди кивнула и пробормотала:

— Мне очень жаль.

Лэрд закрыл лицо руками и зарыдал. Диди с Дунканом оставили его на попечении собравшихся в огромном холле людей и вышли через центральную дверь. Чтобы вернуться к машине Диди, им пришлось отбиться от целой стаи репортеров, уже целую неделю дежуривших на Вашингтон-стрит напротив дома судьи.

— Хэтчер, что нового в расследовании? — крикнул один из них Дункану. — Мы тоже отдохнуть хотим.

— Иди в задницу.

— Мне так и написать?

— Валяй. — Дункан сел на переднее сиденье и захлопнул дверь.

Всю дорогу до «Казарм» никто из них не произнес ни слова. Видимо, Диди чувствовала настрой Дункана, или ее впечатлила скорбь Като Лэрда. Так или иначе, она, слава богу, была непривычно молчалива.

Но день еще только начинался.

Не успели они войти в отдел, как рядом уже нарисовался Уорли. Поигрывая зубочисткой, он сказал Дункану:

— Парень, готовься к главному оргазму в твоей жизни.

— Уорли, сейчас не время, — осадила его Диди. — У нас Нет настроения выслушивать твои грязные шутки.

— Я не шучу.

— Тогда в чем дело? — резко сказала она.

— Пока вас не было, я нашел зацепку. Кое-кто видел Элизу Лэрд.

Сердце Дункана бешено заколотилось.

— Когда?

— На прошлой неделе. Что? А вы подумали, сегодня? — Уорли покачал головой. — Да вы что. На прошлой неделе. До того, как его арестовали.

— Арестовали? Кого арестовали?

— Горди Балью.

— Горди Балью! — повторила Диди, только усилив разочарование Дункана.