Раздался второй взрыв, затем третий и четвертый, почти одновременно, бочонки с водой разлетелись на куски.

— Насколько я понимаю, мы покончили с делом, — промямлил Оливер набитым бараниной ртом, когда Лютиен, пыхтя и отдуваясь, вывалился на верхнюю площадку башни.

— Нужно предупредить охрану вокруг башни, чтобы они были начеку, — ответил Лютиен. — Скоро циклопы захотят пробиться наружу.

Оливер откусил еще баранины, обтер жирные руки о плащ одного из мертвых циклопов и двинулся к стене, где к прежней веревке была уже привязана новая, спускавшаяся до самой земли.

Внутри Собора циклопы обнаружили, что лишились провизии и почти всех запасов питьевой воды. Они переругались и передрались между собой, каждый обвинял в случившемся другого. Однако вскоре осажденные нашли объяснение случившемуся — один из них обнаружил на стене апсиды силуэт человека в алом плаще, навсегда запечатленный на камне.

Волшебная накидка Лютиена вновь оставила свой знак.

Вести прокатились по западному побережью Эйвона, перелетели через горы в Эриадор и двинулись дальше, от деревни к деревне, пока не достигли Кэр Макдональда. На север отправился огромный флот, как минимум пятьдесят кораблей, — вполне достаточно, чтобы перевезти более десяти тысяч солдат преторианской гвардии. И эти корабли глубоко сидели в воде, до краев переполненные людьми.

В «Гнэльфе» это известие выслушали стоически. Лютиен и его товарищи, разумеется, ожидали появления армии, но, когда развеялась последняя надежда, что это всего лишь слухи, когда выяснилось, что Гринспэрроу действительно собирается обрушить на восставших свой железный кулак, это подействовало на всех как холодный душ.

— Утром я отправляюсь в Порт-Чарлей, — объявил Лютиен собравшимся друзьям. — Придется скакать почти без передышки, если я хочу попасть туда раньше Эйвонского флота.

— Ты не можешь, — коротко и безапелляционно ответила Сиоба.

Лютиен мрачно посмотрел на нее — так же, как и Оливер, который хотел напроситься Лютиену в спутники и не терял надежды уговорить друга повернуть к северу и скрыться в диком краю.

— Ты управляешь Кэр Макдональдом, — пояснила Сиоба.

— Неужели правители навечно прикованы к своим землям и никогда их не покидают? — язвительно поинтересовался Оливер.

— Только не тогда, когда их владения в опасности, — ответила Сиоба. — Мы ожидаем прорыва из Собора со дня на день.

— Да лучники расстреляют одноглазых еще на открытом пространстве вокруг Собора! — воскликнул хафлинг, разделяя уверенность большей части повстанцев.

— И Лютиен Бедвир должен находиться здесь, — без колебаний продолжила Сиоба. — Когда эта битва завершится, город целиком окажется в наших руках. Нехорошо, если в такой важный момент вождь будет где-то на полпути к Порт-Чарлею.

— Порт-Чарлей очень для нас важен, — вмешался Лютиен, которому надоело, что его мнением никто вроде и не интересуется. — Он может сыграть решающую роль в судьбе восстания и Кэр Макдональда. Сейчас, в этот момент, когда мы сидим и чешем языками, Шаглин и его соплеменники работают не покладая рук, готовясь к обороне города. Если верить слухам, армия Гринспэрроу, как минимум не уступающая по размерам нашей собственной, скоро окажется у ворот Кэр Макдональда.

— При равном количестве воинов шансы обороняющихся выше, — заметила Кэтрин О'Хейл.

— Но это преторианская гвардия, — напомнил Лютиен. — Крепкие, прекрасно вооруженные и подготовленные бойцы. К тому же, без сомнения, ветераны многих кампаний.