| «Нужно срочно заставить этого мальчика, Снейпа, получить патент на обработку пленки. Никто не сможет использовать цветные колдографии, кроме нас, уж я-то за этим прослежу», — думал он, ожидая ответа от этого странного мецената. — Название не меняется и используется везде именно в этом виде, то есть написанное кириллицей, я потом научу вас правильно его произносить. А перевода здесь нет. — Конечно, нет. Какой может быть перевод у газеты с названием «Риткины вести»?! — Рита вскочила на ноги. — Должен же я получить хоть моральную компенсацию? — Так, ребята, пойдемте, — главный аккуратно свернул документы. — Посмотрим, что нужно сделать, с чего начать. Мистер Долохов, на поместье стоит защита? — Только стандартная, — мужчина не сводил взгляда с взъерошенной Риты. — Домовиков там нет, я их всех к себе перетащил, так что в доме может быть несколько грязно. — Это не страшно, — молодежь с любопытством переводила взгляд с Антонина на Риту, но главный быстро вытолкал всех из палаты, оставив супругов наедине. Когда дверь за ними закрылась, Долохов сделал шаг в сторону жены. — Когда ты злишься, то похожа на взъерошенного котенка. — Измени название. — Нет. — Какая же ты все-таки сволочь! — Согласись, мы стоим друг друга. Но во всем этом есть несомненный плюс, нам никогда не будет скучно. Рита, нам нужно поговорить, — Долохов стал серьезен. — Я не буду просить прощения. Я действительно не думал, что выживу, и таким образом всего лишь узаконил ваши с сыном права на мое состояние. — Почему ты решил порвать с Лордом так радикально? — Потому что его поведение в последнее время становилось все более непредсказуемым и опасным. На себя мне было плевать, но подставлять сына под Круциатусы, когда Лорд просто не в настроении, а то и привести его на смерть — у меня не было и нет никакого желания. Если бы я тогда погиб, все было бы проще, ты бы получила приличное наследство, и ребенок ни в чем бы не нуждался. Я был готов к тому, что мне придется сражаться и с Орденом, и со своими, да еще нужно было мальчишек прикрыть… К чему я оказался не готов, так это к тому, что Гидеон под конец пробьется ко мне, и мы будем сражаться спина к спине. Это было так неожиданно. Так что за то, что не осталась молодой вдовой, можешь поблагодарить именно его. — А то, что ты был Пожирателем?.. — Ну и что? Уж ты-то должна знать, что я, прежде всего, Антонин Долохов, внук княжны Разумовской, а то, что я был Пожирателем — это недоказуемо, во всяком случае, в наше время. — Думаешь, начнутся массовые волнения? — Рита села на кровать. — Сейчас сложно сказать, — Антонин задумался. — Если авантюра с газетой удастся, то можно будет попробовать управлять процессом. Ты мне показала, что газеты могут просто поразительно влиять на сознание, причем именно так, как этого хочет журналист. — Ты только сейчас это понял? — удивилась Рита. — Журналистика не входила в сферу моих интересов, пока благодаря тебе я сам не оказался в центре внимания. Рита, я разговаривал с целителем, он сказал, что сейчас все нормально, но ты могла потерять нашего ребенка. — Так иногда случается, — вздохнула Рита. — Когда целитель Джеральд перестал на меня сердиться, он объяснил, что здесь был виноват и мой возраст, и хронический стресс — много чего. Он просто сказал, что я должна была обратиться к нему раньше, когда только почувствовала, что моя тошнота не совсем нормальна. Но, с другой стороны, все, что я знала о беременности, основывалось на рассказах других женщин. Большинство из них тошнило, и я думала, что это нормально, а когда вы в мясорубку попали, я вообще ни о чем не думала. К тому же тошноты тогда не было, это в последние дни мое состояние ухудшилось. — Ты спасла меня, причем два раза. — Это не делает меня послушной и милой домохозяйкой. — Моя бабушка любила говорить — подозреваю, что она кого-то цитировала, слегка изменяя фразу: «Антон, никогда не женись на нежной скромнице. |
