Да Рэйчел скорей бы съела дохлую мышь! Конечно, они ведь не собираются поделиться с ней деньгами, которые выманили у тщеславной больной женщины. Стелла и Люк были любовниками, насчет этого у Рэйчел не было никаких сомнений. Стелла с жадностью набрасывалась на каждого встречного мужчину, качество, до смерти пугавшее и холодившее душу ее единственной дочери. Ни один симпатичный мужчина не мог устоять перед Стеллой.

Воистину Люк Берделл, основатель Братства Бытия, был очень привлекательным мужчиной. И ему щедро заплатили за то, что он спал со старой больной женщиной.

Если бы Рэйчел признала поражение, она отказалась бы от приглашения общины. Умная женщина смирилась бы, наконец, с тем, что ее мать, которая в прошлом совершенно не заботилась о дочери, в конце жизни совершила последнее предательство. Рэйчел могла бы найти новую работу, заняться собственной жизнью. Она могла бы сделать выбор, перестать быть жертвой своего несчастного детства.

Ну вот, опять это слово — выбор. Она могла выбрать гнев и месть. А могла выбрать спокойную жизнь.

Если бы не анонимное письмо, она, наверное, сделала бы правильный выбор. Но как только она распечатала конверт и прочла обвинительные строки, отступать было некуда.

У твоей матери никогда не было рака. Ее убил один из Людей Люка. Может, это сделал сам Люк или приказал это сделать другим. В конце она знала, что ее ждет, но ничего не могла поделать. Приезжай в центр, и я помогу найти доказательства, которые выведут его на чистую воду.

Вот тебе и выбор. Под письмом не было подписи, почерк казался по-детски неуклюжим, но все в нем дышало искренностью. Во всяком случае, Рэйчел хотелось в это верить.

Вот таким образом, полная решимости и негодования, она оказалась в Санта Долорес, на территории Братства Бытия. В логове Люка Берделла.

— Люк, она здесь.

Он не пошевелился. Он слышал, как они вошли, эта странная группа пожилых людей и стариков — специалистов высшего класса, которые нашли в Братстве Бытия ответы на жизненные вопросы, и теперь использовали свой богатый профессиональный опыт на благо его процветания. Хотя среди них было несколько женщин, всех их называли Старейшинами, и они управляли Братством, как первоклассной компанией. А Люк управлял всеми ими. Он лежал на спине на холодном полу, выложенном плиткой, раскинув руки, закрыв глаза, и глубоко вдыхал сладкий едкий запах горящей полыни. Он чувствовал, как энергия растет и ширится в его теле, как каждый нервный отросток звенит от напряжения, а по жилам стремительным потоком несется кровь. Эта энергия была его властью, его даром, и он пользовался ею очень осторожно, стараясь не растрачивать понапрасну. Сначала он никак не мог понять, о ком идет речь, но потом вспомнил. Дочь Стеллы. Тощая, бледная женщина с угрюмым лицом, которая отважилась подать на него в суд, чтобы отобрать его деньги. Конечно, она осталась ни с чем. Старейшины считали, что от нее следовало откупиться. Ведь судебное разбирательство, обвинения, какими бы смехотворными они ни казались, дурно влияли на общественное мнение. Братство Бытия сторонилось огласки, оно избегала ненужной рекламы. Те, кто нуждался в помощи, рано или поздно сами находили путь в Санта Долорес.

Однако Люк не собирался откупаться от Рэйчел. Он наблюдал за ней, и все в ней — и надменное аристократическое лицо, и стильная дорогая одежда — так и кричало о презрении к окружающим; и тогда в нем снова появилось это старое чувство, от которого, как ему казалось, он давным-давно избавился. Это был настоящий вызов. Это был дух, готовый бороться с ним зубами и когтями до последнего вздоха. Предстояла битва, в которой он смог бы проявить застоявшийся без дела дар и доказать, что никто не может устоять перед его могуществом, стоит ему только напрячь для этого все свои силы.

Он заманит Рэйчел Коннери в Санта Долорес и соблазнит ее. Он поработит ее душу и чувства, поглотит и завладеет ею.