Он никогда не спал со своими последователями. И насколько было известно другим, он вообще ни с кем не спал. Люк соблюдал целомудрие, был вегетарианцем, не курил, не пил, не принимал наркотики, вобщем, олицетворял собой саму святость. Все это было частью сделки. Они все его хотели. И он об этом знал и этим пользовался. Он не спал ни с одним их них, и они верили, что могут владеть им все — женщины и мужчины, старые и молодые. Пока он оставался вне досягаемости, они пребывали в состоянии эмоционального ослепления и крайней нужды.

И такое положение дел его весьма устраивало.

Интересно будет понаблюдать, сколько понадобится времени, чтобы изменить подобным образом такую откровенно неверующую женщину, как Рэйчел Коннери. Впрочем, он обращал других и прежде, вряд ли этот случай будет чем-то особенным.

Вот только она отличалась от других, он это почувствовал даже на расстоянии. Ее гнев гнездился очень глубоко и взывал к нему из этих глубин. Люк просто не мог не ответить на вызов.

Он открыл глаза, плавно принял сидячее положение и, откинув с лица длинные волосы, взглянул на Старейшин.

— Благослови Господь, — сказал он.

— Что нам с ней делать, Люк?

В свое время Альфред Уотерстон руководил одним из крупнейших онкологических исследовательских институтов в стране. Он рано ушел на пенсию, чтобы присоединиться к Люку, и теперь занимался сложными финансовыми делами Братства. Дотошное внимание к деталям и тонкостям любого вопроса порой доходило у Альфреда до абсурда.

— Встретьте ее радушно, — мягко ответил он голосом, звук которого доходил до дальних углов комнаты. Он долго тренировался, чтобы достичь подобного эффекта. Еще одно орудие воздействия, которым он пользовался очень разумно.

— Она желает с тобой увидеться. Я сказал, что ты размышляешь, но она лишь рассмеялась в ответ. Люк, я опасаюсь ее дурного влияния.

Люк кивнул в ответ.

— Это не надолго, Альфред. Проследи, чтобы она прошла обряд очищения прежде, чем вступит на территорию Братства. В чем она одета?

— В городскую одежду, — презрительно фыркнул Альфред.

— Дайте ей кое-что из нашей одежды. В ней ей будет удобней.

— А если она откажется?

— Тогда я этим займусь, Альфред. Как всегда.

Несомненно, она откажется, хотя обряд очищения заключался в простом омовении в горячем источнике, вода в котором оказывала поистине магическое воздействие. Наверняка она будет принимать холодный душ на всем протяжении своего визита. Она откажется и от удобной хлопковой одежды, которую носили здешние обитатели, но этим он займется в другой раз. В его голове пронеслись слова: Разденьте ее, искупайте и приведите в мой шатер, и он широко улыбнулся.

— Благослови Господь, — пробормотал Альфред, не ведавший, о чем думает его святой наставник.

— Благослови вас всех Господь, — ответил Люк и снова улегся на пол.

Он не спал ни с кем уже три месяца. Он привык долгое время обходиться без секса — раз нужно было сохранить видимость безгрешной чистоты, значит, ему следовало быть крайне осторожным, чтобы решить, как и где позаботиться о своих нуждах, если терпеть становилось невмоготу.

Люк научился превращать нерастраченную сексуальную энергию в своего рода пламенный энергетический поток, увлекавший в свой водоворот всех и каждого. А он жил себе преспокойно посреди этого вулкана страстей, безучастно наблюдая за окружающим миром.

Санта Долорес, основанная на любви, доверии и свободе, была поистине райским уголком для всех страждущих.