— У профессора были могущественные враги. Религиозные фанатики, считавшие, что человек не должен покидать Землю и путешествовать к звездам. Деспоты и диктаторы, преступные боссы и президенты международных корпораций, хотевшие, чтобы профессор работал на них. Члены этих групп многократно пытались подкупить его. Они предлагали баснословные суммы, но профессор принимал лишь общественные пожертвования. Он не позволял ни одному правительству, человеку или корпорации осуществлять контроль над Тропами. Они были свободны для всех; они предназначались для того, чтобы служить человечеству, а позднее — и другим разумным существам.

Когда стало ясно, что профессора нельзя подкупить, кто-то попытался убить его. Лишь по чистой случайности ему удалось ускользнуть от убийц. Он бежал с Земли и устроил убежище на неизвестной планете. Враги не могли найти его, но оставались роботы, продолжавшие прокладывать Тропы. Они пытались захватить роботов, чтобы изучить их и поставить себе на службу. Роботы были запрограммированы на самоуничтожение в случае захвата или угрозы пленения. Многие из них воспользовались этой программой, поэтому уцелевшие представляют еще большую ценность.

Когда профессор умер — кстати говоря, от естественных причин, — члены его семьи, согласно завещанию, вернули оставшихся роботов и уничтожили их. Они сожгли все записи, стерли компьютерные архивы, полностью закрыли доступ к исследованиям Лазариона.

— А как насчет слухов, будто один из его наследников украл часть оборудования и продал на черном рынке? — поинтересовался Куонг.

— Эти сведения так и не подтвердились, — ответила Тэсс. — Мне они кажутся довольно сомнительными. Оборудование профессора бесполезно для того, кто не обладает необходимой информацией для его использования. К чему зря тратить деньги?

Куонг понимающе кивнул.

— Я бы потратил, — тихо сказал Гарри. — Хотя бы ради того, чтобы иметь вещь, некогда принадлежавшую профессору Лазариону.

— Да, и я тоже, — улыбнулась Тэсс. — Вы можете представить себе наш восторг, когда этот древний космоплан на деле оказался одним из автоматических зондов профессора. Оперативный сотрудник разведки, действовавший на пандорской базе, подтвердил факт находки неповрежденного робота.

Выражение лица доктора Куонга немного изменилось. Никто этого не заметил, но Крис внимательно наблюдал за доктором и видел его реакцию на слова Тэсс. Судя по сузившимся глазам и нахмуренному лбу, док о чем-то усиленно размышлял. Крис отметил на будущее — нужно поговорить с Куонгом с глазу на глаз.

— Мы немедленно приступили к работе по дипломатическим каналам, чтобы получить робота, — продолжала Тэсс. — Чиновники пандорского правительства доставили нам массу хлопот. Сначала мы думали, что они просто рады случаю поиздеваться над чужаками. Они всегда придерживались слишком высокого мнения о себе. Пандорцы почему-то убеждены, что вся Галактика строит заговоры против них, что король и его министры только и думают о том, как захватить Пандор. Если бы не выгодное стратегическое положение планеты…

— Сохраните это для своего доклада, капитан, — перебил Крис.

Тэсс взглянула на него и поспешно отвернулась.

— Прошу прощения, я немного забылась, — невозмутимо сказала она. — Достаточно заметить, что пандорское правительство пользовалось любыми юридическими уловками, чтобы помешать нам забрать робота.

— Может быть, им платили за несговорчивость, — предположил Крис.

— Ты имеешь в виду Ника Херша? — Тэсс кивнула.