— Возвращайтесь на борт, ждите. — приказал я, и создал «пустотные зеркала». — Я постараюсь его нагнать.

— Да как? — донеслось до моих ушей, но я уже шагнул в черное марево. И ещё раз. И ещё. После убийства трёх орденцев мне перепало аж полторы тысячи частиц духа, и сейчас у меня в запасе было почти две. Хватит, чтобы прикончить Искоренителя-наставника.

Беглецов обнаружил после четвертого прыжка. Они как раз забирались в глайдер. Тот самый, чьи орудия в прошлый раз чуть не прикончили меня у ворот базы повстанцев. Ну держитесь. Расстояние меньше пятисот метров — два прыжка через зеркала, и я буду рядом.

Меня заметили, когда до противника оставалось около сотни метров. «Средний синий удар» унёсся точно в цель — прямиком в искаженное яростью и болью лицо Искоренителя-наставника. Единственное, что орденец успел сделать, это захлопнуть бронированную дверь, прячась в пассажирском отсеке глайдера. Смешно — разве эта тонкая броня защитит от атакующей способности четвертого уровня?

Удар, секунда ожидания, а затем транспорт разметало в разные стороны, словно внутри него взорвался малый ядерный реактор. Я даже похвалил себя, что остановился в сотне метров от цели, не стал приближаться вплотную. А ведь имелось такое желание.

Дождавшись, когда осядут поднятые взрывом клубы пыли, двинулся вперёд. Одаренные, они живучие, могли и пережить подобный взрыв. Ну точно, вон он, ползёт. По внешнему виду не ясно, кто это, но я почему-то уверен, что это наставник. Интересно, а куда это он так торопится? Хм, к другому телу? И зачем?

Смахнув повисшее перед глазами сообщение от предтеч, в котором говорилось об очередном пополнении энергоядра (правда в этот раз незначительном), я быстро, как мог, двинулся к ещё живому противнику. Появилось желание взять его за грудки, встряхнуть как следует, и спросить — «что тебе надо, тварь⁈ Зачем ты меня преследуешь?»

Мне оставалось до противника каких-то два-три метра, когда он подполз к лежащему неподвижно бойцу ордена. Я, наивный, думал, что Искоренитель-наставник до последнего переживает за своего товарища, ведь именно его он вытащил с поля боя. Ошибался.

Быстро отстегнув шлем от бронескафандра рядового, наставник активировал штык, скрытый в предплечье брони, и резким ударом вогнал трёхгранное остриё в череп бойца. Бездна! Он прикончил своего товарища, чтобы получить частицы духа! Ну держись, падаль.

Я тут же активировал «косу ужаса», и нанёс удар. Только достигнуть цели не успел. Пространство вокруг внезапно мигнуло, словно реальность была не настоящей, а затем всё завертелось с невероятной скоростью. Столь быстро, что у меня всё смазалось перед глазами. Да ещё и этот гул, который словно бы ввинчивался в мозг…

Я всё же нашёл в себе силы, чтобы мысленно завершить удар по тому месту, куда целился, а после потерял сознание, не в силах противостоять обрушившейся на меня неведомой стихии.

* * *

Это было странное место. Темно, тихо, и самое главное — непонятно, где я нахожусь. Единственное, что ясно — пришёл в себя лицом вниз, на каменном полу, гладком, словно отполированном.

Болело всё — грудь, лицо, и особенно левая рука, которая лишилась части брони, и лишь благодаря этому я смог коснуться ладонью холодного пола. Мысленно выругавшись, попытался подняться, и понял, что на спине по-прежнему закреплён штурмовой комплекс. Потянулся за ним, и с трудом сорвал с магнитных креплений, чтобы через несколько секунд убедиться — энергоячейка разряжена, оружие фактически бесполезно. Как и бронескафандр.

Шипя от боли, освободился от ставшего тяжёлым, сковывающего тело металла, и наконец поднялся в полный рост. Мокрой от пота и крови спины тут же коснулся поток прохладного воздуха.