— «Сперва ты должен пойти в мой храм, чтобы предстать перед живущими там священниками. Они должна услышать мои слова, и приготовиться к тому, чтобы дать тебе место среди них», — произнесла богиня в его сознании.

— Да, моя Леди, — ответил он, и повернул к храму Миллисэнт. Сомнений о своём будущем у него больше не было.

* * *

Я проснулся рано утром. В этот раз я спал крепче, чем за последние несколько недель, и для разнообразия ощущал себя свежим и отдохнувшим. Пенни лежала рядом со мной, тихо храпя… в кои-то веки. Я понаблюдал за ней несколько минут, дивясь её красоте. Я всё ещё не понимал, что она во мне видела, но надеялся, что её зрение никогда не улучшится. Вспомнив о её обещании прошлой ночью, я решил посмотреть, стоит ли оно ещё на повестке дня.

Я осторожно подвинулся к ней, и стал мягко целовать её шею, в то время как мои руки… ну, достаточно сказать, что мои руки были повсюду. В целом, замысел заключался в том, чтобы довести её до такого состояния, в котором она вряд ли отказала бы мне, когда наконец проснётся. Казалось, что план работал. Когда её глаза открылись, я накрыл её рот своим собственным, надеясь, что поцелуй скрепит сделку. Это сработало на миг, я чувствовал её возбуждение, но затем она оттолкнула меня.

— Ох, ты играешь не по правилам! — воскликнула она, выпутываясь из простыней.

— Я не мог не попытаться, — был мой ответ. Я был в хорошем настроении, несмотря на её силу воли. Неужели она тяжело дышала? Наверное, мне это показалось.

— Продолжай в том же духе, и будем до свадьбы спать на отдельных кроватях, — парировала она. Я был весьма уверен, что она блефовала.

— Но ты таки обманула меня прошлой ночью. Это едва ли честно, — улыбнулся я ей.

— Что было нечестно… так это то, как ты зарабатывался до смерти прямо у меня на глазах, — заявила Пенни. Тут она, возможно, была права, но это напомнило это о моих планах:

— Ох, точно! Где твоя кольчуга? Сначала я займусь ею, а потом схожу посмотреть, как у Папа обстоят дела с формами.

— Формы?

У меня ещё не было возможности рассказать ей о наших планах, так что я всё ей объяснил. Идея ей понравилась, и она согласилась сходить со мной в кузницу, чтобы Папа мог использовать её кулон для литейных форм. В качестве своего единственного условия она заставила меня съесть завтрак перед работой. Она, похоже, думала, что я заморю себя до смерти, если не буду есть прямо в её присутствии.

Пока мы ели, пришёл Дориан. Он выглядел усталым.

— Ещё есть? — показал он на мою еду.

— Конечно, — сказала Пенни, и встала, чтобы наложить ему тарелку.

— Выглядишь дерьмово, — высказал я своё мнение.

— Ты сам именно так и выглядел прошлой ночью, так что не дерзи, — ответил он. — Я всю ночь искал твоих монстров.

— Ну, я рад, что ты искал — впервые за последние дни я хорошо выспался, — сказал я, пытаясь добавить благодарности в свой голос. Он поел с нами, а потом я занялся работой над кольчужной рубашкой Пенни. Сама она пошла отнести свой кулон моему отцу, прежде чем отправиться к архитектору.

— А людям что скажешь? — спросил Дориан. Я как раз закончил её кольчугу, и приготовился идти в кузницу.

— Не знаю.