– А вы уверены, что Кэролайн не входила в контакт с вашей супругой?

– Конечно, уверен, мисс Вульф. Если бы это было так, жена мне непременно сказала бы.

– Вы уверены, что она всегда откровенна с вами?

– Не думаю, что должен…

– Извините, просто я вспомнила… ну, вы говорили, что за время пребывания Кэролайн в вашем доме они с мадам Бельмон успели привязаться друг к другу. Вот я и подумала, не могли ли они перекинуться парой слов без вашего ведома.

– Мисс Вульф, я понимаю, вам необходимо выяснить, что случилось с этой бедной девушкой, но я уже сказал все, что знаю. Все, что мы знаем.

Кэролайн Гамильтон ушла отсюда в начале июля, и с тех пор мы ничего о ней не слышали. Простите, но больше ничем вам помочь не могу.

Это был первый намек на то, что сидящий передо мной старик – фигура куда более серьезная, чем умучивший себя диетами Морис Шевалье. Я выдержала небольшую паузу и спокойно спросила:

– А нельзя ли мне переговорить об этом с вашей женой?

Он улыбнулся.

– Увы, боюсь, что нет. Мне казалось, я достаточно ясно дал вам понять, что моя жена нездорова. Не хочу, чтобы ее хоть чем‑то беспокоили. Я сам до сих пор скрываю от нее новости о трагической смерти Кэролайн.

– Поверьте, я не скажу ей об этом. Я бы просто…

– Виноват, мисс Вульф, но мой ответ – нет.

Я признала свое поражение и взялась за сумочку, но считала, что минута прощания еще не настала.

– Еще один вопрос. Ваш племянник, Даниель Дэвю. Предполагаю, что он знал об этой истории?

– Конечно.

– Участвовал ли он в ней на какой‑либо стадии?

– Только однажды, но боюсь, что я…

– Поймите, мне необходимо разузнать обо всех мужчинах, с которыми она хоть раз входила в контакт. Я просто удивляюсь…

Речь свою я прервала намеренно. Он улыбнулся.

– Боюсь, в таком случае вы будете слишком перегружены работой. Надеюсь, вам хорошо платят за подобные услуги? – Потом, уже без улыбки, добавил: – С весны мое здоровье резко ухудшилось, и я не могу теперь справляться со своими обязанностями столь же успешно, как прежде. Мой племянник помогает мне в части заключения договоров.

– Так он встречался с Кэролайн?

– Да.

– У них были хорошие отношения?

– Мисс Вульф, я понимаю, что вы делаете свою работу, но если вы спросите меня, мог или нет мой племянник быть отцом ребенка, то я вам категорически отвечу, что нет, не мог. Догадываюсь, о чем вы спросите дальше, и сразу же говорю: нет, его здесь нет. Вчера вечером Даниель вылетел по делам в Токио. Но дней через десять он вернется и будет, несомненно, рад лично обсудить все это с вами. А теперь, если позволите, я бы обратился за содействием к своему секретарю…

Аудиенция, как видно, была закончена. И тотчас, как по мановению волшебной палочки, дверь растворилась и на пороге появился Цербер. Бельмон вновь протянул мне руку, то же самое холодное сухое прикосновение. Все равно что обменяться рукопожатием с игуаной, подумала я, хотя ни с какими игуанами никогда близко не общалась. В лифте я все еще размышляла о рептилиях. Вот уж у кого нет никаких сложностей с беременностью. Просто отложит яйцо и лежит на нем. Мадам Бельмон могла бы даже сидеть на нем.

Погода заметно ухудшилась. Представляю, что ты чувствуешь, бедняга, подумала я, стоя под козырьком парадного подъезда и наблюдая, как смешной толстяк спешит куда‑то, съежившись под струями дождя и неуклюже перепрыгивая через лужи.