— Мне нечего было предложить тебе, — просто объяснил Луис свое исчезновение. — Мы не могли быть счастливы.

— Могли, — возразила Рафилла.

— Нет. Я был вынужден уехать из Рио, чтобы не страдать от несбыточных надежд.

Значит, у него были свои причины: гордость и все такое прочее. В Сан-Паулу дела у него шли хорошо, и, когда они снова встретились, Луис решил, что он может возобновить их отношения.

Через несколько недель после возвращения Рафиллы Луис тоже приехал в Рио-Тинто пообещал, что они смогут выступать вдвоем. Подобное обещание легко было выполнить. Было что-то магическое в их дуэте, он очень нравился публике. Луис поселился в квартире Рафиллы. И они стали неразлучны. Вскоре успешные выступления позволили Луису приобрести собственную квартиру, и Рафилла, снова поступившись своей независимостью, переехала к нему вместе с Джон Джоном.

Они составили чудесное трио: Рафилла и Луис — оба смуглые, оба с зелеными глазами и волосами цвета воронова крыла, и Джон Джон — белокурый, загорелый, со сверкающими, ясными голубыми глазами.

Теперь впервые в жизни Рафилла поняла, что такое быть по-настоящему счастливой. У нее было любимое занятие, мужчина, которого она обожала, и Джон Джон.

Часто звонила Одиль.

— Ты должна как можно скорее приехать навестить нас, — настаивала она. — А то твою маму правда удар хватит!

— Да-да, скоро приеду, — обещала Рафилла, хотя вовсе не собиралась выполнять свое обещание. Во-первых, она не хотела больше ни на минуту расставаться с Луисом, а во-вторых, понимала, что ей не доставит радости встреча с семьей. Там не царил дух снобизма, отнюдь нет, как раз наоборот, но Луис вырос в трущобах, ему трудно будет воспринять ее социальное положение, он не сможет чувствовать себя свободно в огромном загородном замке ее отчима. Рафилла отослала домой свои пластинки и вырезки из газет, не послав только те, где упоминалось, что она живет вместе с Луисом. Хотя ей и было уже двадцать пять лет, Рафилла знала, что это известие шокирует маму, главным образом из-за Джон Джона.

Их совместная жизнь была просто идеальной. Они вместе работали, вместе отдыхали на солнечных пляжах с белым песком. И работа, и отдых приносили им радость. Луис очень любил Джон Джона, словно отец, которого у мальчика никогда не было.

Их музыкальная карьера продвигалась вполне успешно. Они не только оба занимались любимым делом, но и получали за это приличные деньги. Довольно скоро они приобрели популярность в Латинской Америке, несколько их пластинок стали хитами.

Тинто наблюдал за их карьерой и руководил ею с отеческой гордостью. Когда он впервые познакомился с Рафиллой, у него и в мыслях не было использовать ее в дуэте. Но уж очень они с Луисом подходили друг другу, а их любовь придавала блеск всему, что они делали.

— Мне кажется, нам надо пожениться, — посоветовалась Рафилла тайком с Тинто. — Только не говори Луису, он ничего об этом не знает.

— Мой рот на замке.

— Вот и хорошо. Продолжай в том же духе.

Тинто устроил большую вечеринку по поводу того, что последняя песня Луиса стала хитом номер один, они вместе с Рафиллой записали ее на пластинку, и это был уже их третий успех подобного уровня. Рафилла постаралась не выделяться, позволив Луису быть в центре внимания и принимать все поздравления. Он был так хорош собой и так рад. Он заслужил этот успех.

Рафилла с гордостью следила за тем, как он очаровывает прессу и гостей. Луис никогда не заводил разговора о женитьбе, а Рафилла последнее время все чаще подумывала об этом.