— Время вышло! — остановил часы Александр Николаевич и выровнял кнопки на часах. — Ты проиграл, но держался уверенно. В ученики тебя с радостью возьму, но если желаешь чего-то достичь, то тебе предстоит взяться за теорию. Когда лимит времени будет большой, то с тобой окажется не так-то сложно справиться, при условии, что разыграется неизвестный тебе дебют. Понимаешь, на что намекаю?

— Да, — коротко ответил я, размышляя, как действовать.

Александр Николаевич встал, вернулся к своему столу, выбрал пару книг, подошёл обратно и протянул мне:

— Пока всё не зубри, сосредоточь внимание на широко известных началах, как за белых, так и за чёрных.

— Хорошо, — потёр я подбородок, принимая книги по шахматам.

Говорить не стал, что недавно кое-какую литературу приобрёл. Лучше сравню с теми, что дома дожидаются, а потом решу, по каким учиться.

— А сейчас ступай, занятия на сегодня закончили. Приходи завтра, к четырём вечера, устрою ещё одну проверку, а потом подумаем, какой план обучения тебе избрать. Как-то ещё нужно и рейтинг зарабатывать, а это возможно только участвуя в официальных турнирах. Но там придётся тяжко, разряда у тебя ещё нет, поэтому каждый раз будешь проходить квалификацию. Кстати, к поездкам в другие города готов?

— Без проблем, на соревнования наш директор любого ученика отпустит, — ответил на последний вопрос, а со всем сказанным до этого мысленно соглашаясь.

Уже предвижу определённые трудности, но, надеюсь, что они вскоре рассосутся с приездом деда. И куда Иваныч подевался? Почему ни словом не обмолвился и не предупредил когда вернётся? Впрочем, судя по оставленным деньгам, то он пробудет в отъезде где-то месяц. Успею ли что-то за это время? Необходимо постараться, чтобы он не бубнил.

— Тогда я пошёл? — уточнил у тренера, который задумчиво меня рассматривает.

— Давай, — кивнул Александр Николаевич, а потом неожиданно сказал: — Сергей, ты не бросай шахматы, есть в тебе потенциал, чутьё подсказывает. Если не будешь лениться, то есть вероятность, что далеко пойдёшь.

— На это и рассчитываю, — спокойно ответил я и добавил: — Господин Курзин, думаю, если сработаемся, то и вы в накладе не останетесь.

— Даже так, — не скрыл удивления тренер. — А у тебя большие амбиции.

— Разве это плохо? — усмехнулся я.

— Посмотрим, — уклончиво ответил тот, подумал и продолжил: — Уверенность — хорошо, но самоуверенность в шахматах ведёт к поражению. Любого противника необходимо уважать, даже заведомого слабого.

— Согласен, — серьёзно кивнул я.

На этом мы простились, каждый остался удовлетворён друг другом. Чем-то тренер к себе сразу расположил, он не гонится за наживой и готов помогать бесплатно, довольствуясь небольшой, как догадываюсь, зарплатой. Ничего, сумею его поддержать, если он станет моим компаньоном и доверенным лицом. Конечно, загадываю на дальнюю перспективу и даже кое-какие шаги просчитываю. Но как же без этого? Необходимо заранее готовиться к восхождению на шахматный олимп, если так можно выразиться. Почёт и слава мне не так важна, а вот спокойствие и уверенность в завтрашнем дне ох как необходима. К этой древней игре у меня есть не только интерес и способности, но и дар подталкивает. Следовательно, всё должно получиться, правда, работы предстоит много, как и трудности впереди будут.