|
- Вы, как я полагаю, гордитесь собой, - отчетливо проговорил Тэкк, обнажив похожие на капкан зубы. - Я не понимаю вас, Тэкк, - отреагировал я. И это была чистая правда: я не понимал, что он хочет сказать. Я никогда не мог понять монаха и, боюсь, уже никогда не сумею. Он мотнул головой назад, туда, где осталось поваленное дерево. - Вон там, - сказал он. - А вы считаете, что я должен был оставить его в покое и позволить ему стрелять в нас? Я не намеревался спорить с ним, я был как выжатый лимон. И я не мог уразуметь, с какой стати он так печется о дереве. Черт возьми, оно било по нему, точно так же, как и по остальным. - Вы уничтожили их всех, - продолжал Тэкк, - тех, кто жил в дереве! Подумайте об этом, капитан. Какое грандиозное достижение! Один удар - и никого не осталось! - Я не знал об их существовании, - парировал я. Я бы мог, конечно, добавить, что знай я о букашках, их участь бы не изменилась. Но я промолчал. - И что же, - допрашивал он, - вам больше нечего сказать? Я пожал плечами: - Им просто не повезло. - Отстаньте от него, Тэкк, - попросила Сара. - Откуда ему было знать? - Он ни с кем не считается, - заявил Тэкк. - Ему ни до кого нет дела. - Меньше всего он заботится о себе, - сказала Сара. - Он стал проводником вместо вас, потому что вы едва справлялись. - Нельзя хозяйничать на чужой планете, - провозгласил Тэкк. - Надо подстраиваться под ее законы. Приспосабливаться к ней. Нельзя идти напролом. Я был готов стерпеть его слова. Монах побрюзжал вволю. Он высказался и облегчил душу. Даже такой ничтожный человечишка, как Тэкк, имеет право почувствовать себя оскорбленным, когда его останавливают на полдороге. Пускай монах обливает меня помоями, если от этого ему легче. Я с трудом поднялся с камня. - Тэкк, - сказал я, - я бы попросил вас сойти с лошади. Мне необходимо двигаться верхом. Он спешился, и пока я пытался усесться в седло, мы оказались лицом к лицу. Его взгляд все еще был полон ненависти, даже более сильной, чем раньше. Едва шевеля тонкими губами, он прошептал: - Я переживу тебя, Росс! Ты сдохнешь, а я останусь жив! На этой планете тебе воздастся по заслугам. Я был еще слаб, но во мне осталось достаточно силы, чтобы схватить его и отбросить - он распластался в пыли. Кукла выпала у него из рук, и Тэкк, ползая на четвереньках, старался поднять ее. Я ухватился за седло, чтобы не упасть. - А теперь веди нас вперед, - приказал я. - И видит Бог, если ты вновь дашь маху, я спущусь и сделаю из тебя котлету. Глава 10 Тропа извивалась по поверхности иссушенной земли, пересекая песчаные дюны и растрескавшиеся низины, которые недели и месяцы, а может быть, даже и годы назад заполнялись дождевой водой. Она карабкалась по изломанным, осыпающимся склонам, возвышающимся среди нелепых нагромождений земли, огибала шарообразные валуны. Грунт повсюду был красным и желтоватым, и только кое-где выделялись гладкие черные пятна в местах выхода на поверхность вулканической породы. Далеко впереди, иногда видимая глазу, а иногда сливающаяся с голубизной горизонта, возникала отсвечивающая пурпуром линия, которую можно было принять за горную гряду. Растительность представляла собой редкий низкорослый кустарник, прижавшийся к земле, с торчащими то там, то здесь колючками. |
