— Откройте мне все, Ханна.

— Он начался, как обычно. Мы отнесли горячую воду гостям, и одна из служанок сказала, что мистера Дерехэма нет в комнате. Кровать осталась нетронутой, вещи отсутствовали. Никто не мог поверить. А потом мистер Хенникер обнаружил пропажу драгоценного опала, и стало ясно кто украл его.

— Это неправда, я точно знаю.

— Так говорила ваша мать. Но он уехал, и камень исчез.

— Она знала, что отец невиновен.

— Мисс Джессика любила его.

— Она не могла полюбить вора.

— Любовь слепа.

— Это неправда.

— И опять вы говорите, как мать. Я никогда не думала, что она действительно покончит с собой, иначе бы остановила. Мисс Джессика рассказывала мне, что видела вашего отца во сне и тот звал ее. После этого она решилась, потому что не сомневалась: мистер Десмонд погиб. Она не верила, что он мог просто бросить ее, и считала, что так они навсегда будут вместе.

Лучше бы она осталась жива и доказала его невиновность.

— Ваша мать считала, что мистер Десмонд зовет ее.

— Я хочу узнать правду, Ханна. Я обязательно выясню, что случилось с опалом.

— Поиски продолжаются многие годы. Мистер Хенникер не перестает искать камень. А вы думаете, что сумеете добиться своего! Вы ведь ничего не знаете о ворах и сокровищах.

— Но этот человек был моим отцом, а Джессика — матерью. Значит, я имею право.

Ханна только печально покачала головой.

Я не могла говорить о трагедии с семьей, а поэтому при следующей встрече с Беном выпалила:

— Я знаю о своих родителях. Вы считаете, что мой отец украл Зеленый Огонь?

Мы сидели в гостиной. Он в своем инвалидном кресле, а я рядом. Наступила напряженная тишина, а потом на лице Бена появилось выражение печали.

— Мне не с кем обсудить это, кроме вас, — продолжила я.

— Кто рассказал вам?

Я объяснила, что получила письмо умершей матери.

— Вы знали что-нибудь? — спросила я.

— Догадывался. Вы похожи на нее. Те же темные глаза, густые ресницы, хорошо очерченные брови, вздернутый нос и смеющийся рот. Я мог бы принять вас за нее. Вы сейчас в том же возрасте, но покойная мисс Джессика была более невинной и не могла постоять за себя.

— Вы знали о ее отношениях с моим отцом?

— Это было ясно, как день.

— И не возражали?

Бен впервые заколебался.

— Нельзя вмешиваться в чужие дела, — чуть погодя ответил он. — Я видел, что они влюбились друг в друга, и считал Десмонда добрым, честным парнем.

— Он не вор, Бен.

— Что вы этим хотите сказать? Негодяй разбил сердце вашей матери. Я убью его только за это.

— Вы любили ее, Бен?

Он задумался.

— Наверное… Она была такой хорошенькой. А я — просто старый землекоп.

— Вы хотели на ней жениться?

— Из этого ничего бы не вышло.

— Но тогда я была бы вашей дочерью.

— Неплохая идея.

— И все сложилось бы иначе. Я была бы не похожа на себя.

— Тогда благословим Бога за то, что он предотвратил такую трагедию, — он опять стал самим собой. — Она была похожа на этот замок… и далека от меня. Я мечтал обладать ею. Но с женщиной все по-другому. Она не дом. Я виню себя за то, что уехал. Тогда бы ничего не случилось.

— Как бы вы поступили, Бен?

— Женился бы на ней. Думаю, что в этом случае ваша мать пошла бы за меня.