– Сколько раз за прошлый год Вики платила за аренду?

– По-моему, три или четыре, – ответил Джаспер.

– То, что она вам задолжала до этого, она тоже так и не выплатила? – уточнил Питерсон.

– Нет.

– Вы знали, что Вики делает подкаст? – спросил Питерсон. Джаспер откинулся назад. Судя по его реакции, такая быстрая смена темы его удивила.

– Да. Я знал, что она хочет заниматься озвучиванием. Сначала ей делали какие-то предложения как актрисе, но понемногу перестали. Мы дали ей кучу коробок из-под яиц, и она соорудила у себя в спальне подобие студии.

– Вы когда-нибудь слушали ее подкаст?

– Нет.

– Она когда-нибудь приносила в ресторан что-нибудь, связанное с ее работой? Тетради с записями, флешки, диски?

Джаспер поднял бровь.

– Нет. С чего бы?

– Вы в курсе, над чем она работала последнее время? Над эпизодом о маньяке-насильнике, который преследовал студенток Академии драмы Голдсмита. Вики знала о том, что вы отсидели за изнасилование?

– Нет. – Он покачал головой. Его лицо снова стало злым.

– Нет – вы не знали, над чем она работала? Или нет – она не знала, за что вы были осуждены?

– И то и другое. Я сказал им обеим, и Тесс и Вики, что налоговый инспектор привлек меня за махинацию с наличными, за то, что я отмывал деньги, понимаете? – пробормотал он.

– Вы отсидели восемь лет в Белмарше. В этой тюрьме суровые нравы.

Джаспер поднял голову и поморщился.

– Видите? Вот какие суровые. – Он провел пальцем по длинному тонкому белому шраму под челюстью. – Меня чуть не убили. Чтобы меня спасти, понадобилось двадцать шесть швов и шесть пинт крови. Врач сказал, что если бы нож пришелся на пару сантиметров ниже, он задел бы крупную артерию и я бы истек кровью.

Эрика хотела сказать, что человек, пырнувший его ножом, был не очень-то метким, но сдержалась.

– Почему на вас напали?

– Из-за наркоты. Я кое-кому на воле должен был денег, а в тюрьме сидел кое-кто, взявший на себя задачу со мной разобраться. Такое часто бывает.

– Я думал, вы продавали наркотики лишь в пределах тюрьмы.

Он кивнул:

– Поначалу да. Потом мне надоело быть обезьяной, я решил стать шарманщиком.

– Вы по-прежнему продаете наркотики? – нахмурилась Эрика. Адвокат наклонился вперед и явно хотел вмешаться, но Джаспер выставил ладонь вперед:

– Все в порядке. Нет. Больше я этим дерьмом не занимаюсь.

– Насколько хорошо вы знаете бойфренда Вики, Шона? – продолжала Эрика. Джаспер надул щеки, обдумывая этот вопрос.

– Пару раз мы с ним выпили по пинте, но мне не кажется, что они с Вики очень уж близки.

– А как насчет соседки Вики, Софии?

Джаспер покачал головой.

– Нет, ее я вообще не знал. Вики как-то пару раз мимоходом упоминала о ней и о ее сестре, но на этом все. Я никого из соседей не знал, кроме Генриетты, и то мельком. Честно говоря, я никогда и не ходил в ту квартиру.

– А что скажете о соседе Вики, Чарльзе Уэйкфилде? – Эрика пристально посмотрела на Джаспера.

Он откинулся назад и потер ладони. Эрика впервые обратила внимание, какие у него сильные и жилистые руки. Нельзя было назвать его накаченным, но, похоже, он был из крепких ребят.

– О ком? Я же сказал, я никого там не знаю. – Он прищурился.

– Он неофициальный комендант Ханикомб-Корт и близкий друг Генриетты.

– А, комендант.