Мне показалось, что сидения запылены, хотя воздух сюда поступал через фильтры, останавливавшие даже вирусов, способных проникнуть с поверхности. Почти тотальная стерильность. На всякий случай я посмотрел на часы – в мои наручные ходики встроен дозиметр. Альфа и гамма фон незначительно превышает природный и за допустимые пределы не выходит. Слава Богу.
– Ты меня слышишь? – требовательно вопросил я. – Надеюсь, можно присесть?
– Можно, – смилостивился Навигатор реактора. Компьютеры, наподобие Рамзеса (или здешнего хозяина) очень удачно имитируют разум – в них заложена почти совершенная программа общения с человеком. Дабы мы, ущербные двуногие, не чувствовали дискомфорта при работе со всемогущей электроникой. Вдобавок данная программа обладает способностью к самосовершенствованию и самообучаемости: как ты с ним разговариваешь, так и он с тобой. Между прочим, несколько дней назад по вине Дастина замкнуло электросеть на втором подземном уровне Комплекса, и Рамзес, на плечи которого легли все заботы по устранению аварии, минут сорок яростно матерился, понося на чем свет стоит человеческую родословную вообще, и безмозглую органическую субстанцию по имени Дастин Роу в частности. Мне, кстати, тоже изрядно досталось.
– Как дела? – осведомился я, раздумывая, какие насущные вопросы следует задать прежде всего. В прохладной пещере ядерного дракона я чувствовал себя гостем, а потому машинально уселся на самый краешек кресла.
– Пока не родила, – непринужденно ответил Навигатор. Видно, техники общавшиеся с компом электростанции, стильными манерами не отличались. Вот и нахватался. – Что случилось?
– Это я у тебя хотел спросить! – я аж подался вперед, от удивления, едва не соскользнув с пластикового сиденья перед терминалом. – Доложи обстановку в Комплексе. Связь, безопасность, жизнеобеспечение… И что с Рамзесом, черт возьми?!
Навигатор задумался на пару секунд, подмигнув индикаторами главного пульта.
– В связи с чрезвычайными обстоятельствами управляемая цепная реакция в секторах A, D, G, K установки энергоснабжения остановлена, – куда более деловым тоном осведомила меня система, – аварийный тепловой выброс на поверхность через основную шахту в 13:24 стандартного времени (я бросил взгляд на хронометр – сейчас было 14:41 по земному суточному стандарту). Реактор переведен на режим ожидания, из капсул удалено 87 процентов ядерного топлива. Резерв – 13 процентов, поддерживается в активном состоянии. Распределение энергии по Комплексу запрещено из‑за возникновения непредусмотренной программой Навигатора ситуации.
– Эй, эй, – я замахал руками, словно Навигатор мог заметить мои жесты. Впрочем, кто его знает – обычно Рамзес вовсю следил за людьми с помощью фотоэлементов коммуникаторов, сварливо комментируя наши поступки. – Остановись! Меня мало интересует, какое дерьмо крутится в твоих собственных кишках. Что случилось снаружи? Объясни по‑человечески!
Н‑да, хорошая просьба. Требовать от бездушного компьютера человеческих объяснений.
Навигатор попробовал:
– Не знаю.
Ситуация… Он, оказывается, не знает. Обе системы – охрана Комплекса и машина управляющая энергоцентром – связаны между собой общей сетью. Собственно, через ретранслятор и спутники они могут соединиться с кем и чем угодно, от управляющего строительством Комплекса в Городе или военных, до порносайтов в Интернете. Беда в другом: стоимость дальней связи высока, а посему я и Дастин никак не могли выйти в общемировую компьютерную сеть Земли, довольствуясь жиденьким и малоразвитым киберпространством Города.
– Что с Рамзесом? – повторил я.
– Процессор и накопители данных системы мониторинга «Рамзес 3‑М» на мои запросы не отвечают, – осчастливил меня Навигатор. – Периферия отключена от сети. |